– К сожалению, мой клан не очень популярен. – Кун развел руками, забрал поднос с ужином, сел напротив Локи и с аппетитом принялся за еду.
Она не сразу поняла, что пялится ему прямо в глаза. Кун щелкнул себя по порванной левой мочке.
– Красивая сережка. Птичка. Ворона?
У Локи похолодело в груди. Почему он обратил внимание на сережку Рейвен? Он что-то знает о ней? Проглотив ставший вдруг горьким чай, Локи невозмутимо отставила кружку.
– Спасибо. Ваша мне тоже нравится. – Она зеркально тронула правое ухо.
Кун с улыбкой кивнул. Змея-татуировка на его черепе будто насмехалась над ней.
– Ты милая вежливая птичка. – Он протянул руку, будто собирался коснуться сережки, но Локи резким движением выхватила духовник и вонзила в стол перед собой. Он отдернул руку. Оживленные разговоры стихли. Иден подняла брови. Тобиас сложил руки на груди с горделивым видом и поглядывал на Локи с умилением.
– Доброй ночи, – Локи вдруг почувствовала смертельную сонливость, зевнула, забрала духовник и вышла. Она повидала уже много опасностей, но из-за Куна у нее все внутренности скручивало. Скользкая змея.
– Я за ним послежу. – Тобиас догнал ее в коридоре. – Может, мэр ему и доверяет, но я не собираюсь. Чуть в нос ему не заехал.
– Этого он и добивается, – задумчиво сказала Локи, останавливаясь у двери, где спали женщины. – Что ты думаешь о замначальника Вилкатисе?
Тобиас вдруг вздохнул.
– Он меня вспомнил.
– Вспомнил?
– Мы были знакомы в детстве, – уклончиво начал Тобиас, но под скептическим взглядом Локи поправил себя: – Я задирал его в детстве. Мы жили в одном районе, ходили в одну школу, а я был трудным ребенком без присмотра родителей.
– Он знает о…
– Нет, – Тобиас покачал головой. – После выпуска мы не пересекались. Но он всегда был честным ябедой. За это его и поколачивали. Постараюсь меньше попадаться ему на глаза. Только не говори, что я должен извиниться.
– Хотелось бы, но ладно. – Локи с трудом сдержала зевок. – Может быть, это и на руку, что он тебя знает. Будь осторожен.
Он кивнул и скрылся в тени. Локи вздохнула и отправилась спать. Завтра ей нужны все силы. Положив катану в изголовье матраса, она подумала и не стала снимать перевязь с катарами. Да и раздеваться сил не было, только ботинки скинула.
Скрипнула дверь. В полусне Локи почувствовала, что кто-то наклонился над ней, позвякивая, как банка с гвоздями, нащупал руки и стянул спереди шнурком. Веки налились свинцом, она не могла пошевелиться. Вяло барахтаясь, она смогла на мгновение разлепить глаза и увидела искаженное ухмылкой лицо Куна. И все погрузилось во тьму.
Глава 17. Битва мышей и лягушек
Очнулась Локи, когда ее вытащили на свежий воздух и закинули на плечо. Затекшие руки покалывало, голова была тяжелой и ватной. Волна паники поднялась из живота и ударила в голову, бухая в висках учащенным сердечным ритмом. От неудобной позы у нее перехватило дыхание, а в бедро больно впились ножны катара. Это немного ее успокоило. Она не безоружна, она сможет защищаться.
Локи пыталась рассмотреть, где они, не показывая, что очнулась, но увидела лишь узкую полоску серого асфальта с пучками упрямой травы. Тяжелое дыхание похитителя разносилось над ухом. Они начали спускаться по винтовой железной лестнице. Сетка перекрытий громыхала под ногами Куна, его пояс назойливо позвякивал, тусклые лампы подсвечивали лестницу откуда-то снизу. Стараясь дышать легко и поверхностно, Локи дождалась, когда Кун спустится и отойдет от лестницы. Тогда она напряглась, извернулась и дернула зубами сережку с варварским камнем. С диким воплем Кун выпустил Локи, хватаясь за порванное ухо, а та откатилась в сторону, больно ударяясь плечом. Выплевывая сережку, она напрягла бедро и вскочила на корточки. В босую ногу впился камушек.
Это место было гигантским. Кромежниковый противопаводковый коллектор – подсказала память. Потолок с редкими лампочками терялся в вышине, исполинские серые колонны, желтоватые снизу от сырости, ровными рядами тянулись в глубь зала. Пол был залит водой, и в ближайшей луже Локи увидела свое перепуганное отражение.
– Ах ты маленькое хитрое чудовище, – засмеялся Кун, доставая из-за пояса кривой нож. Кровь из порванного уха стекала по его шее и пропитывала воротник маскировочной куртки, но он, казалось, этого не замечал.
– Что вам надо от меня? – Локи, не отрывая взгляда от Куна, присела, нащупывая катар. Он даже не потрудился обезоружить ее: не то торопился, не то просто недооценил, как многие. Зажав катар коленями, она начала пилить веревку, ощущая, как холодный пот стекает между лопаток по спине.