– За твою прекрасную головку Рейвен Иргиафа назначила солидный куш, – пояснил Кун, поигрывая ножом.
– А, как же я не догадалась, – пробормотала Локи, тихо выдыхая. Веревка потихоньку поддавалась. – Но вы зря так стараетесь.
– Зря? – Кун начал обходить Локи по кругу, и она искоса следила за ним, не теряя из виду. Он был нарочито расслабленным, даже ленивым.
– Я сама хочу увидеться с Рейвен Иргиафой. Сережку отдать хочу, напомнить кое-что. Всего-то надо было меня спросить. И ваша замечательная сережка осталась бы при вас.
– О, прошу прощения за мою бестактность. – Кун поклонился, разводя руки в реверансе. – Последуешь за мной?
– К сожалению, сначала я должна одолеть Кадука. Это был уговор с госпожой мэром.
– Тогда встретимся тут чуть позже?
Локи тоже улыбнулась. Веревка спала, и в руки хлынула кровь, вызывая судорожное покалывание. Она вытерла вспотевшую ладонь о штаны, перехватила катар и встала в защитную стойку.
– Я не могу вас отпустить к Рейвен с секретными сведениями о контратаке.
– Жаль. Разузнал я не так много: этот красавчик-полицейский оказался слишком наблюдательным. Пришлось закончить пораньше с Домом Змеи. А теперь и с тобой.
Кун атаковал сверху. Локи припала на колено, блокируя удар катаром, ушла под его рукой и резко развернулась на пятках, чтобы отразить еще одну атаку. Даже Кайлах не была столь быстрой. Кун играючи теснил ее к ближайшему столбу, и Локи пятилась, едва успевая блокировать удар за ударом. Металл звенел в ушах, адреналин пел в крови, мышцы предплечий и плеч вздулись от напряжения, звенел пояс из монеток. При блокировке Локи приходилось помогать себе второй рукой, потому что и дурман еще из головы не выветрился, и Кун был невероятно силен. При очередном блоке Локи затошнило. Она отскочила назад и выблевала остатки чая и желчи. Сразу полегчало. Утирая рукавом рот, она в отражении лужи успела увидеть занесенный кинжал и откатилась в сторону прямо по воде. Кинжал чиркнул над ее головой, и тут Локи поняла, что может умереть.
Она подскочила, оставляя на грязном полу мокрые следы, бросилась вперед, в плохо освещенную часть зала, и схоронилась за колонной. Кун засмеялся, и смех его отразился от высокого потолка и растекся зловещим эхом.
– Кис-кис-кис, птичка, где ты? – насмешливо протянул он, позвякивая поясом.
Локи зажмурилась, смачивая пересохшие от напряжения глаза, и попыталась выровнять дыхание и пульс. Кун кружил рядом с ней, играл и напевал, заставляя дрожать от напряжения. Она не сможет открыть Утгард без очков истины, она почти беспомощна. Он настигнет ее. Никто ей не поможет. Она одна. Руку с катаром почти свело от судороги.
Бестолково прижимаясь к холодной грязной колонне, Локи беспорядочно рассматривала стены и тени, чуть дернулась и наступила в ледяную глубокую лужу. Она не может сдаться, у нее нет времени на это!
Выждав, когда Кун отойдет подальше, Локи сосредоточилась на духовнике, на Утгарде, на своем дыхании. Нет, здесь не было трещин, за которые она могла бы зацепиться, они все слишком крошечные, слишком незначительные. Хватит разве что лужи заморозить. Она моргнула. И сначала медленно, а потом все быстрее бросилась к выходу, к металлической лестнице, уходящей в высоту. Кун настиг ее за три секунды, но на одну десятую не успел: Локи заманила его в лужу и заморозила ее. Турс нелепо замахал руками и шлепнулся, не успевая затормозить.
– Какого?.. – рыкнул он, подскочил и, размахивая кинжалом, попытался схватить Локи за волосы, но опять не успел. Она подпрыгнула, заморозила лужу, и он снова забавно упал и проехался на животе.
Локи не выдержала и захохотала, повергая Куна в ярость. Ухмылочка сразу слетела с его лица, обнажая звериную злость. В третий раз Локи заморозила лужу так, чтобы придать себе ускорение, и ударила его под челюсть боковой частью рукояти. От неожиданности Кун прикусил язык и взвизгнул, отплевываясь кровью.
Его рывок опрокинул Локи на спину, вышибая из нее возможность дышать, его тяжелое колено уперлось ей в живот, его кинжал вонзился в ее выставленную в защитном жесте левую ладонь. От боли у нее брызнули из глаз слезы, смешиваясь с кровью, капающей из приоткрытого рта Куна. Локи слепо шарила по полу в поисках катара, но шлепала только по воде, и этот звук бился у нее в ушах, будто лягушка беспомощно барахтала лапками. Только вот лягушке удалось переплыть ручей, а она как бедная мышка, которая утонула в этом ручье. Ни за что! Ей нужна еще секунда!..
– Знаешь, что любила говорить моя мама? – задыхаясь, выдавила она.
Озлобленная окровавленная морда Куна перекосилась. Этого хватило, чтобы Локи смогла наконец вдохнуть.