– Капрал Левски решил стать его опекуном.
– Серьезно? Ого, это лучшая новость. – Локи взглянула на открытку: старая черно-белая фотография площади Искусств, а на обратной стороне подписаны имена разными почерками. Леер. Сигурд. Джет. Рем. Полковник Морган Риан. Мириам. Клауд. Маршал. Роэн. Эстель. Рут. «Возвращайся!» – прочитала Локи и сморгнула слезы.
– Каждый из нас – дитя Иггдрасиля, поэтому каждый – немного дерево. Мы оставляем в сердцах других частичку себя. Если бережно ухаживать за этим ростком, то он станет крепким деревом, связывая нас. Ты оставила хорошие ростки в Хеймдалле, девочка.
– Значит, я хорошее дерево? – засмеялась Локи.
– Именно! – Скай поставила ей щелбан и отмахнулась от мошкары. – Я все думаю о Хейме. В каком-то смысле он своего добился. Перемены уже начинаются. Год назад я представить себе не могла, что приеду в Хель для мирных переговоров. Система была гнилой, иначе бы он так глубоко не проник в чужие сердца. Я ведь не хотела идти в политику. На выпускном я познакомилась с твоим прадедом.
– Как это на выпускном?
– Я немного… испортила городскую собственность. – Скай откинулась на траву и заложила руки за голову. Локи легла рядом на бок, изучая ее хищный острый нос и изогнутые в легкой улыбке тонкие губы. – А он только начал карьеру патрульного. Поймал меня с потрохами. Ладно, я сама сдалась – уж очень он был красавчиком, хотелось его охмурить. В общем, не до учебы мне было. Но однажды Бен в очередной раз вытаскивал меня из обезьянника за избиение какой-то банды – уже не помню какой. Притащил домой, прочитал огромную лекцию о моих грехах и в итоге разорался, что я могла бы менять систему изнутри. Новые банды будут появляться бесконечно, но ведь я могу помочь издать какой-нибудь закон, помогающий сиротам Нифльхейма. Тогда бы они в школе учились, вместо того чтобы шляться по ночам и грабить алкомагазины. Он хотел, чтобы мир стал лучше.
– Тебе его не хватает? – тихо спросила Локи.
– С той самой минуты, как я подала на развод. Он был слишком добрым для этого хелевого мира. Глупым и наивным. Отцом моего сына, который погиб так рано.
Локи нащупала ее руку и сжала. Скай сначала напряглась, а потом расслабилась.
– Не слушай сентиментальную болтовню старухи. Лучше расскажи, как настроение у юного Гиафы. Он – будущее своего Дома.
– Ему тяжело, но он справится. Ради Ран-ас. Он сильно изменился. Повзрослел.
– Странно такое слышать от такого же ребенка. Ой, не лупи на меня своими глазищами, ты для меня всегда будешь ребенком. Даже когда ты вырастешь, я буду за тобой присматривать вполглаза.
– Спасибо, б-бабушка.
Они глянули друг на друга и рассмеялись.
– Это было ужасно, – сквозь слезы промычала Скай. – Больше так не называй меня.
– Ни за что в жизни.
– Пойдем, я ужасно голодная.
Ужин прошел сносно. Матери вели светские беседы с хельхейм, так что Локи удалось улизнуть и подкрасться к полковнику Риан.
– Как дела у Маршала и остальных?
– Маршал в порядке. Мы с Рут уговорили Эстель отпустить его в Хеймдалль. В следующем году он попробует сдать экзамены в Биврёст, а пока поживет со мной.
– Это же прекрасная новость!
Риан кивнула. Выглядела она очень гордой своим племянником.
– Возможно, я попрошу тебя присмотреть за ним, Локи-ас.
– С удовольствием, полковник Риан. Только если вы расскажете мне, какие подводные камни ожидаются в полицейской академии.
Полковник приподняла брови и вдруг широко улыбнулась.
– Конечно, Локи-ас.
– Я слышала о старшем лейтенанте Реймаре…
– Капитане Реймаре, – печально поправила Риан. – Такова наша служба, Локи-ас. Он выполнял свой долг. Так что вспоминайте о нем как о достойном сыне Асгарда.
Первыми Кромежник покидали Ланья и Даану. «Черные дрозды» планировали еще немного задержаться, чтобы помочь, но Ланье предоставили бессрочный отпуск. Рейсовый автобус до Семиозерска отходил в семь, еще оставалось двадцать минут до отправления, и Локи с Ки молча стояли рядом со свартой. На этот раз ципао было багряно-красным, как осенние кленовые листья. Волосы она убрала наверх и закрепила в изящный пучок. Чуть поодаль стояли Каге и Миста, тихо что-то обсуждая. Кайлах подманила Ланью для последнего разговора.
– Ну вот и все, – сказала Локи неестественно бодрым голосом.
– Ой, только не реви, Ангейя, – цокнула Даану, складывая руки на груди. – Ты не понимаешь, что на этом жизнь не заканчивается? Наши пути расходятся, но не наши жизни. Я навещу тебя когда-нибудь в Хеймдалле. Ты же хелева Локи Ангейя. Вот так и будь ей, не раскисай.
– Даану! – Локи все же бросилась ей на шею, глотая слезы. – Какая же ты невыносимая потрясающая злючка.