– А разве мы тебя провожаем? Мы просто мимо проходили и случайно встретились, – широко ухмыльнулась Локи.
– Все на одном вокзале, ас, – нараспев подхватил Ки.
Они все весело галдели двадцать минут, вызывая любопытные взгляды пассажиров и их сопровождающих. Наконец, настало время отправления. Веселая шумная компания покинула двухместное купе, оставив Локи и Кагерасу наедине. Их друзья стояли на платформе и продолжали общаться и махать руками.
– Ну, вот и все, – сказала Локи немного застенчиво, устраиваясь напротив. Койка прогнулась под ее весом.
– Не делай из этого такую трагедию, это же просто учеба. К тому же есть телефон и почта. Да и, вообще-то, я приеду на зимние каникулы. – Каге провел рукой по задней стороне шеи. Он делал так всегда, когда был растерян.
– Как твой отец?
– Он тяжело восстанавливается после комы, но мама хорошо о нем заботится. Мне кажется, ей даже нравится это: он от нее во всем зависит, а она главная, – вздохнул он. – Мы пока ничего не говорили о Рейвен.
Локи понимающе кивнула. Похороны прошли тихо, в кругу семьи и близких друзей, сразу после возвращения из Кромежника.
– Ран-ас знает, что делает. Из нее вышла отличная Мать.
– Она потихоньку справляется. – В его голосе была неприкрытая гордость. – Она займется восстановлением нашей репутации здесь. А я – там.
– Не делай глупостей, – посоветовала Локи.
– Кто бы говорил! – возмущенно нахмурился он. – Обещай не ввязываться в неприятности, тренируй удар левой (он у тебя провисает) и подтяни хельский, он теперь пригодится. Я составил тебе список хороших учебников.
– Да, учитель, – буркнула Локи. – Не драматизируй!
Они немного помолчали.
– Полгода назад я не мог подумать, что столько людей будет меня провожать, – тихо сказал Каге.
– Помнишь, что я тебе говорила: это не Дом Гиафа – ты, а ты – Дом Гиафа. Ты обязательно заставишь свой Дом процветать. Я уверена.
– Я буду скучать, – вдруг выпалил он смущенно.
– Я тоже, – ласково ответила Локи.
Поезд задрожал.
– О! – Локи подскочила и неуклюже обняла его за шею. На мгновение они прижались друг к другу с бешено бьющимися сердцами и отстранились, чтобы встретиться глазами.
– Локи! – В дверях купе он ее окликнул и бросил апельсин.
Она поймала его и засмеялась.
Локи не сразу поехала домой. Дождавшись, когда поезд совсем скроется из виду, она попрощалась со всеми и села на первый попавшийся трамвай. Вышла на случайной остановке и шла до тех пор, пока не поняла, где она. Ноги привели ее к громадине Биврёста. Локи воровато перелезла через забор, чуть не напоровшись на острую пику, и некоторое время бродила по опустевшему на каникулах кампусу. В итоге она все же оказалась на старой дуэльной арене, где в центре росло дерево. С улыбкой она провела ладонью по шероховатой коре. Вынула катары из ножен, вызвала духов. Теперь ей давалось это проще. Гарм и Фенрир радостно тявкали и носились, подмораживая камни, пока она выполняла боевые стойки. Остановилась она, только споткнувшись. Села, откинулась на локти и потом легла, сложив руки на животе, и взглянула в плывущие по небу облака.
Это было только самое начало, еще столько обещаний предстояло выполнить.
Когда пес заглотит солнце, когда волк загрызет луну, дети превзойдут своих родителей и исцелят этот мир под ветвями Иггдрасиля.
Эпилог
– Твоя лекция была такой интересной, мне так понравилось. – Локи заткнула за пояс перчатки и поправила перевязь с катарами. Вёльвскую фуражку она держала под мышкой, потому что один раз уже забыла ее в другой аудитории.
– Не ври, я видел, что ты заснула! – Каге был искренне возмущен. Строгая преподавательская форма: черный костюм-тройка, белая рубашка и туфли – забавно контрастировала с катаной и собранными в низкий хвост длинными волосами. Других таких молодых преподавателей стены Хельского университета не знали и вряд ли узнают. – У тебя на щеке твои капральские полоски отпечатались. Какой позор.
– Но я так устала с дороги, а у тебя голос такой приятный, успокаивающий, – заныла Локи, хватая его локоть. – Ты мне будто колыбельную прямо на ушко напел.
– Ох, помолчи, у меня от тебя сейчас голова разболится, – Каге ворчал, но при этом выглядел ужасно довольным и чинно кивал знакомым.
В нагретом от солнца воздухе аудитории кружилась пыль. Нежный тюль чуть колыхался от настежь открытых окон, пропуская прохладный майский ветер. Научный семинар прервался на обед, и отутюженные ученые мужи (и дамы, конечно) устремились к столам с закусками, возбужденно обсуждая последние доклады и сплетни научного мира изучения Утгарда. Каге – первый ас в этих стенах, да еще и варден, – пользовался не только славой, но и заслуженным уважением. Локи не очень разбиралась в научной терминологии, но хорошо разбиралась в людях: на Кагерасу смотрели с восхищением. Некоторые дамы с излишним, как она подметила.