— Эм… А как?
— Предельно просто — они будут перебрасывать их в другое место. Аспекта жизни в данный момент нет в лагере остроухих, а это значит, что серьезную опасность для меня представляет лишь Красная Стая. Я устрою хаос на противоположной части Кель-Таласа и сделаю так, чтобы о моем присутствии узнала Сильвана. — На лицо уроженца Хай-Рока вылезла слабая усмешка. — Думаю, она не откажется от шанса заполучить мою голову и отомстить за гибель своей сестры…
— Ты собираешься выманить и прикончить генерала следопытов? — Широко ухмыльнувшись, молодой говорящий с духами одобрительно закивал. — Достойно-достойно… Даже немного жаль, что я пропущу подобное зрелище. Всегда мечтал увидеть, как предводительнице остроухих будут вырывать позвоночник…
— Убивать Сильвану? — Седой чародей вопросительно поднял бровь. — Боюсь, что не в этот раз. Оторвать голову данной эльфийке будет не слишком сложно, но если я её убью, то король Анастериан может заменить эту девушку на кого-то менее вспыльчивого и более рассудительного. И тогда просчитывать действия армии кель'дорай станет намного сложнее. Поэтому с убийством Ветрокрылой пока повременим. Но не беспокойся — её время еще настанет…
— Хочешь отложить месть на потом, дабы в нужный момент насладиться ею сполна?
— Дело не в мести. — Отрицательно покачал головой флегматичный бретонец. — Во всяком случае сейчас я не настолько зол на Ветрокрылую, чтобы сохранять ей жизнь ради возможности помучить. Просто в природе не существует более страшного противника, чем собственный командир-идиот. И в данном случае пусть лучше во главе армии Кель-Таласа стоит вспыльчивая девица, которая точит на меня зуб, чем какой-нибудь опытный эльфийский старейшина, что будет руководствоваться голым рассудком. От последнего проблем будет намного больше.
Отказываться от своего слова и щадить кого-то из кель'дорай седой некромант не собирался, но при этом в отличие от того же Ралофа, уроженец Хай-Рока руководствовался в процессе уничтожения целого народа отнюдь не слепой яростью. Холодный расчет и просчитывание возможных рисков были в этом деле лучшими союзниками, чем гнев и жажда разрушения, а потому Сильвана должна была продержаться ровно столько времени, сколько Мадааву потребовалось бы на создание полноценного войска лесных троллей.
И в целом, контактировать с самой Ветрокрылой бретонцу нужды не было — достаточно было устроить резню, а после оставить след, который сказал бы эльфийке "Здесь был Грегор". С учетом того, что Сильвана сама являлась прекрасным следопытом, она непременно попыталась бы взять след лично.
— Хм… Хозяин, я вот тут подумал… — Один из этих самых лесных троллей задумчиво почесал затылок и ткнул большим пальцем себе за спину. — Если мы с тобой уходим на вылазки, то кто тогда будет защищать племя, пока нас нет? Вдруг соседи решат напасть? В таком случае сотни мертвецов, которых я создал, будет явно маловато. Порешат же всех, а я их с таким трудом собирал…
— Ты сейчас говоришь о своих сородичах, или о поднятых тобою покойниках?
— А… Оба варианта выбрать нельзя? — С хитрым выражением лица спросил у некроманта Мор'Джинн.
— Неважно. Как бы то ни было — на этот случай у нас теперь есть Страж Могилы. — Мадаав указал на свое последнее творение, что после слов седого чародея начинало медленно подниматься. — Я его создал именно для обороны стоянки племени в моменты нашего отсутствия.
Огромный металлический воин был одной из последних разработок Грегора, созданной после предательства собственного сына и разрыва связи с Этериусом. И хотя его название отдавало показушностью, оно все же звучало лучше, чем " Осадный многосекционный голем типа пятнадцать, фрагментационной структуры семьсот восемьдесят шесть".
"Страж Могилы" как минимум было куда проще выговорить.
Внешне этот конструкт мало чем отличался от тех марионеток, которых некромант создавал в помощь своему первому ученику — такая же здоровенная металлическая статуя, изображавшая воина в латах, голова которого была выполнена в виде огромного стального черепа, дабы соответствовать создаваемому Грегором образу.
Но в данном случае "начинка" голема была совершенно иной. Более сложной и куда тщательнее проработанной.
Крепче, быстрее, сильнее… Штучная работа тысячелетнего чародея являлось куда более совершенным орудием уничтожения, нежели големы массового производства. И при определенной удаче этот металлический великан мог свернуть шею даже молодому дракону. Но главным его достоинством было то, что он мог поглощать чужие души и запасать их в искусственно выращенном аналоге камня душ, а после передавать их Грегору без разрушения "хранилища", как обычно бывало при использовании подобных чар.