Тело Ронина не просто болело — оно бувально выло от боли: у чародея Кирин-Тора было сломано несколько десятков костей, руки покрывали медленно расползающиеся пятна мертвой плоти, а энергетические каналы были побиты в нескольких местах и отравляли организм своего хозяина избыточной порцией магии.
Когда черепица неподалеку от Ронина взорвалась изнутри и лязгнув доспехом, на крышу приземлился седой верзила, рыжеволосый маг попытался дотянуться рукой до своего посоха, который он выронил при падении. Но рослый труповод небрежно взмахнул латной перчаткой и дрожащие, почерневшие пальцы мужа Верисы схватили лишь серый прах, в который превратился артефакт, сделанный лучшими мастерами Даларана
— Должен признать, что несмотря на твою ущербность и большое количество колдовских приблуд, на данный момент ты единственный маг, бой с которым занял у меня так много времени. На какой-то миг у меня даже возникла мысль оставить тебя в живых и запихнуть в клетку, чтобы было с кем проводить магические поединки. Но после того, как ты применил против меня это… — Присев рядом с измученным чародеем, некромант продемонстрировал ему оплавленный кусочек сферы, которую Ронин использовал. — Я не просто лишу тебя жизни — я заставлю тебя страдать…
— Что, кхе-кхе… Пришлась не по вкусу энергия Света, труповод? — Хрипло прокашлял рыжеволосый колдун, который даже перед лицом сохранял бодрость духа и чувство юмора. — Надеюсь, ты получишь от неё несварение желудка и будешь гадить дальше, чем видишь…
— Сомневаюсь в подобном исходе. Энергия Света меня больше раздражает, чем вредит. Если бы было иначе, то я бы никогда не смог создать нечто подобное. — Видя удивление на лице рыжеволосого чародея, седой некромант тихо хмыкнул. — Что, неужели Сильвана не рассказала тебе, что перед тем, как Кель-Талас на меня ополчился, я и Вайтмейн помогали ей и её сестре защищать Первые Врата от натиска Плети? И что эти сферы создали я и та самая жрица, труп которой вы с Ветрокрылой мне притащили?
— Она… Умолчала об этом… — Слабо хмыкнул рыжеволосый маг, безуспешно пытаясь поднять руку, но пораженные темной энергией конечности отказывались подчиняться своему хозяину и легкая дрожь в почерневших пальцах была единственным, чего Ронин смог добиться. — Времени было мало… А я хотел спасти Гирамара с Галадином…
— В таком случае тебя весьма расстроит тот факт, что ваша затея пошла крахом и твои дети вскоре будут мертвы. — Флегматично пожал плечами рослый великан, поднимая латную перчатку, поверх которой начали вырастать длинные белые когти.
— Я верю в Сильвану… Она справиться с твоими дикарями… Или убежит… Да, точно убежит…
— Ты думаешь, я всерьез рассчитываю на то, что толпа лесных троллей, одетая в гору спрессованного железа догонит легконогую предводительницу следопытов Луносвета, да еще и в её родном городе, который она знает как свои пять пальцев? — Вопросительно подняв бровь, некромант всадил когти в грудь рыжеволосого чародея и тихо фыркнул. — Моя гвардия обладает множеством полезных навыков, но высокой скорости бега среди них нет и я послал их за Сильваной лишь для того, чтобы у Гар'Джина и его подчиненных было хоть какое-то занятие. Ну, и отчасти для того, чтобы после их провала у меня появился формальный повод для их наказания, а у самих троллей появился стимул к саморазвитию. Размякли они. В Зул-Амане с ними уже мало кто может сравнится, вот пусть и познают горечь поражения…
Когда когти вонзились в его тело, Ронин рефлекторно дернулся и чуть было не перевалился через бортик дворцовой крыши, но труповод придержал его и не дал разбиться.
— Ты так просто не умрешь, маг Кирин-Тора… — От ран по груди рыжеволосого колдуна начало расползаться еще одно пятно мертвой плоти. — Я обещал тебе мучительный конец, а потому можешь даже не надеяться на легкую гибель. Энергия смерти будет медленно пропитывать твое тело, умерщвляя его кусочек за кусочком…
— Я потерплю… — Через силу ухмыльнулся некроманту Ронин.
— В том, что ты вытерпишь физическую боль я не сомневаюсь. Но боль от некроза плоти — всего лишь следствие необходимости тебя обездвижить и главная пытка будет заключаться в другом. — Некромант поднес свою латную перчатку к лицу измученного мага Кирин-Тора и продемонстрировал ему жука, что сидел на когтистом пальце и щелкал своими жвалами. — Знаешь, что это такое?
— Жук-навозник… Дай — ка подумать… Твоя родня? — Хрипло расхохотался рыжеволосый чародей, у которого начали отниматься конечности.