— Ты даже не представляешь, как я рад тебя видеть, дитя…
— Когда вы уже перестанете так меня называть? — Обиженно надула губки светловолосая волшебница, вызвав у Верховного Мага отеческую улыбку.
— Может быть, когда-нибудь… — За годы ученичества Праудмур, старый архимаг и в самом деле стал относиться к девушке, как к собственной дочери. И Антонидасу было невероятно тяжело отправлять её в возможную западню, но когда на одной чаше весов находилась судьба всего Даларана, а на другой — жизнь одной-единственной чародейки, личные чувства переставали играть для архимага хоть какую-то роль. — Ты ведь уже знаешь, зачем я призвал тебя в нашу обитель?
— Вы хотите, чтобы я провела переговоры от имени Даларана. — Утвердительно кивнула ученица Верховного Мага.
— Именно так. В иной ситуации я бы пришел на них сам, но сейчас кто-то пытается убить членов Совета Шести по одиночке и я не могу рисковать. Если переговоры окажутся ловушкой, то Город Магов останется без лидера и станет легкой добычей для… — При упоминании сына короля Теренаса пожилой чародей на мгновение сделал паузу. Джайна и Артас сильно любили друг друга и превращение главного защитника Лордерона в его же палача — оказалось для ученицы Антонидоса сильнейшим ударом, от которого она вряд ли когда-нибудь оправится. — Для войска Падшего Принца.
— Я… Я понимаю. — На мгновение по лицу улыбчивой девушки пробежала тень, но дочка адмирала довольно быстро взяла себя в руки и вновь стала излучать в мир радость и доброту. — И я готова помочь Даларану в этом деле. С кем мне нужно будет провести переговоры?
— С некромантом.
Громко закашлявшись, юная чародейка вытаращилась на своего наставника так, будто бы тот предложил ей перейти на сторону её бывшего возлюбленного.
— С к-кем?
— С очень сильным и могущественным магом смерти, который очень не любит Плеть. — Отодвинув ящик стола, Антонидас привычным движением достал оттуда бутыль вина с небольшой добавкой успокаивающих трав и наколдовав из воздуха кубок, наполнил его алой жидкостью. — Как ты уже понимаешь, Даларан станет следующей целью воинства Плети и чтобы выстоять, нам нужны союзники. Не так давно ко мне пришло послание от Аспекта Жизни, которая готова оказать нам посильную помощь. Но в комплекте с ней идет очень могущественный некромант, который уже бился с Плетью в Кель-Таласе и если верить слухам, нанес Артасу несколько поражений. Правда, после этого он обернулся против кель'дорай и начал сражаться уже с ними, но ты не хуже меня знаешь, какие интриги царили при дворе Солнечного Скитальца…
— Д-да. — Осторожно отпив из кубка, кивнула девушка. — Кель говорил мне, что он от них в Даларан и сбежал.
— О том и речь — у высших эльфов могло случиться все, что угодно и я хочу, чтобы ты самостоятельно оценила адекватность данного мага смерти. От некоторых союзников вреда может быть даже больше, чем от врагов. — Недовольно поморщившись, Антонидас добавил. — Я бы мог послать на встречу и кого-то другого, но после предательства Кел'Тузада доверие в Городе магов — непозволительная роскошь и ты одна из немногих, кому я могу поручить столь важное дело. Охрану я тебе выделю, но будь предельно осторожна — этого некроманта назвала могущественным даже Аспект Жизни…
Глава 46. Планы внутри планов
***
Металлическая дверь со скрипом отворилась и лязгая броней, в камеру леди Вайш зашел чародей, которого морская ведьма пыталась захватить и с которым сражалась на палубе большого металлического корабля.
Прислужница королевы Азшары пыталась взять его в плен, но в итоге оказалась в плену сама… По мнению змееволосой наги это было довольно иронично.
— Пришла в себя? — Дождавшись утвердительного кивка со стороны морской обитательницы, седовласый чародей небрежным жестом создал напротив лежанки женщины кресло из костей, на котором он и расположился. — Прекрасно… Как ты уже наверное могла понять — прямо сейчас ты находишься в моей тюрьме и от нашего дальнейшего разговора зависит как твое будущее, так и будущее твоей свиты.
Глаза леди Вайш чуть расширились от удивления — обычно захватив предводителя отряда, от остальных было принято тут же избавляться, чтобы не тащить с собою лишние рты. Но судя по всему — у её пленителя было иное мнение на этот счет и либо он отличался крайней степенью благородства(Что было, мягко говоря, очень сомнительно), либо преследовал собственные цели, для которых наги были нужны живыми.