— В золоте я не нуждаюсь и его можете оставить себе, а вот магические предметы — это уже другой разговор… Хорошо. Семь артефактов за семь отнятых жизней. Надеюсь, у вас хватит ума не пытаться мне впихнуть какие-нибудь безделицы. — Поднявшись с трона, рослый некромант протянул леди Вайш когтистую латную перчатку, на внутренней стороне которой пылало клеймо магического контракта. — Я даю вам целый месяц, чтобы добраться до Назжатара, сообщить королеве о случившимся и вернуться обратно, с обещанной компенсацией. Сделаете это — и будем считать, что мы квиты. Нет — и ваша душа перейдет в мою собственность. Идет?
Некоторое время леди Вайш молча смотрела на протянутую ей ладонь, сомневаясь, стоит ли посмертие шанса сохранить жизнь, но в конечном итоге желание оказаться на свободе все же взяло вверх и она с неохотой пожала латную перчатку.
— Хорош-ш-шо, с-с-сухопутный чародей. Я с-с-согласна.
В следующий миг под нагой открылась воронка портала, куда служанка королевы Азшары с протестующим шипением и рухнула, а когда морская ведьма пришла в себя, то она уже находилась на песчаном пляже и рядом с ней шумела полоса прибоя.
— Видимо, этот сухопутный гвардеец все же сдержал свое слово. — Услышав за спиной знакомый голос, что говорил на Назджа (Диалекте змееподобного народа), подводная чародейка обернулась на звук и увидела остатки своей свиты, которых возглавлял старый и очень крупный мирмидон. — Бесконечно рад видеть вас в добром здравии, госпожа Вайш. Некоторые из ваших воинов уже начали думать, что пойти на сделку с ходящими по земле было ошибкой…
— Сделку? — Моментально насторожилась нага. — Какую еще сделку?
— Когда вы пали под эхом магического удара, тот сухопутный гвардеец в зеленой броне предоставил нам выбор: сдаться и сохранить тем самым вашу жизнь или продолжить схватку и погибнуть, отдав ему свои души. Я не особо верил этому бесхвостому чародею, когда он сказал, что никогда не нарушает данного слова. Но раз вы здесь, значит он сказал правду. — Чешуйчатый воин с довольным оскалом погладил свою бороду из щупалец. — Приятно, что в Азероте еще не перевелись воины, которым известно, что такое честь…
— В см… Ох! — Накрыв лицо ладонью, морская ведьма подавила рвущийся наружу вымученный стон.
Прислужницу повелительницы Назжатара только что самым наглым образом поимели.
Седовласый некромант изначально не собирался убивать наг и не желая возиться с пленниками, что так, что эдак планировал их отпустить, а весь этот разговор был устроен им ровно для того, чтобы "выбить" из леди Вайш больший выкуп. А морская ведьма, что больше десяти тысячи лет находилась при дворе королевы Азшары и примерно столько же занималась интригами — повелась на внушающий вид закованного в металл мага смерти и практически добровольно согласилась отдать семь магических артефактов, оставив в залог свою душу.
И при всем этом Мадаав не сказал и слова лжи — еще раз прокрутив у себя в голове их диалог, леди Вайш лишний раз убедилась, что её пленитель даже не заикался о том, что он убьет морскую ведьму или её свиту. Максимальной угрозой со стороны некроманта было оставить их в застенках и не более.
" — И мне даже винить некого, кроме самой себя." — Устало вздохнув, чародейка подводного народа окинула взглядом остальных наг и заметив среди них связанную Каишу, которая была обмотана покрытыми рунами цепями и в рот которой был вставлен кляп. — "Хотя постойте…"
Хвостатая подельница леди Вайш была прекрасной кандидаткой на роль крайней и главной виновницы провала задания. Правильно разыграв имеющиеся у неё на руках карты, прислужница королевы Азшары могла свалить всю вину на Каишу и выставить себя великолепным дипломатом, который смог успешно разрешить сложившуюся по её вине ситуацию.
Причем морской ведьме даже не пришлось бы для этого лгать, ведь её соперница и в самом деле предложила план атаки на корабль некроманта и активно того провоцировала, находясь в плену.
— Не снимайте с неё оковы до нашего возвращения в Назжатар. — Та часть свиты, что изначально подчинялась Вайш, только согласно кивнула, но вот у бойцов, что ранее подчинялись Каише, в глазах возник немой вопрос, на который прислужница Азшары поспешила ответить. — Поражение в бою и последовавшие за этим тяготы плена оставили на разуме госпожи Каиши сильный след и сейчас она не вполне в своем рассудке. Как вы видете сами — даже наш великодушный пленитель решил заковать её в цепи, чтобы она не навредила сама себе безрассудными действиями. Здесь явно нужна помощь душевного целителя, которого среди нас нет. Не будем рисковать до столицы, а там ей уже помогут умелые специалисты…