— Так вот почему Каишу отправили в зал целителей… Что же, думаю пара десятков лет лечения пойдет ей только на пользу. — Правительница Назжатара улыбнулась чуть сильнее, давая своей прислужнице понять, что она раскусила план подводной чародейки, но при этом оценила подход змееволосой колдуньи и что та сделала все с учетом характера своей повелительницы. — А может лечение продлится и столетие. Её фанатизм был поначалу забавным, но в последнее время он начал меня утомлять. Пусть немного подостынет… Но все же сейчас меня волнует другое — вы хоть что-то узнали о происходящем на поверхности?
— Да, моя госпожа. Армия нежити идет кровавым маршем по землям сухопутных. Когда мы покидали поверхность, то восставшие мертвецы громили столицу высших эльфов — остатки высокорожденных, что бежали с Калимдора под гнетом служителей Элуны и последователей друидизма. Армии кель’дорай еще не разбиты, но я сомневаюсь, что им удастся отбить у мертвых свой город.
— Было бы что отбивать… — Посмотрев в зеркало, королева Азшара негромко рассмеялась. — Но с другой стороны — кратер на месте города получился на редкость красивым. Когда я подчиню себе Азерот — сделаю себе там загородную резиденцию, куда буду отправляться отдыхать от дел правления… Это все, что вы разузнали?
— Нет, моя королева. — Отрицательно покачала головой леди Вайш. — Нежить — лишь авангард вторжения наших давних знакомых — демонов Пылающего Легиона. Какой характер носит их союз сказать сложно, но судя по тому, что я видела — создания Хаоса используют восставших мертвецов как живой… Как мертвый таран перед грядущим вторжением.
— Хм…
Не отрывая взгляда от зеркала, повелительница подводной империи задумчиво приложила одну из своих четырех ладоней к подбородку.
— Этого следовало ожидать. Слуги Саргераса всегда любили загребать жар чужими руками… Что-то еще хочешь добавить? Может быть расскажешь мне про того чародея, которому ты умудрилась заложить свою душу? Каков этот смертный из себя?
Вопрос королевы Азшары совершенно не удивил змееволосую чародейку — даже несмотря на свою коллосальную магическую мощь, пытливый и острый ум, несгибаемую волю, а также тысячелетний опыт интриг и правления, правительница Назжатара обладала крайне непринужденным и в чем-то немного ветренным характером. Разные «чудные диковинки» иногда были ей интересны даже больше, чем привычные для королевы богатство или власть. (Хотя против последнего Азшара ничего не имела и получить в свои руки еще больше влияния она всегда была очень даже за)
— Это некромант, моя госпожа. Очень сильный заклинатель смерти.
— Ты умудрилась проиграть одному из труповодов, что могут только изобразить пастухов, ведя за собой бесконечные орды гниющих трупов наземников? — На мгновение оторвавшись от любования своим отражением, повелительница наг насмешливо посмотрела на свою служанку и вопросительно подняла бровь. — Вайш, мне кажется тебе стоит уделять больше внимания своим боевым навыкам.
— Моя королева, боюсь, что этот чародей намного могущественнее, чем маги армии мертвых и сам он служит иной силе. Я не смогла одолеть этого некроманта даже с вашим щедрым даром и он своим голосом смог приказывать самой реальности…
— Да? — Несмотря на заинтересованность, звучавшую в её голосе, королева Азшара продолжала смотреть в свое зеркало, изредка тыкая в него своим пальчиком. — И как он выглядит?
— Внешне это очень высокий человек. Мужчина. Длинные седые волосы…
Погрузившись в свои воспоминания, леди Вайш начала описывать повелительнице подводного народа внешность Мадаава и морская ведьма так увлеклась этим занятием, что не заметила, как венценосная особа сперва замерла на месте, а затем медленно повернула голову в сторону своей верной служанки. Глаза Азшары удивленно расширились и чем больше деталей Грегора описывала змеехвостая колдунья, тем сильнее они раскрывались.
— …носить полные латы из зеленоватого металла. И еще хотела бы отметить равнодушный взгляд матерого потрошителя. Никогда такого раньше не видела.
— Скажи мне… — Неестественно-ласковым тоном начала королева наг. — А этот некромант случайно не носит с собой такой топор на длинной палке и не имеет ли он лица, выражение которого напоминает морду одной большой морской черепахи во время весенней миграции? Ну, знаешь, как будто бы ни единая мысль не посещала эту голову с момента сотворения мира?
— Эм… Возможно, но могу ли я спросить у вас, что послужило причиной столь странному и очень подробному вопросу? — С подозрением спросила у своей госпожи змееволосая чародейка.