Наложив на себя ускоряющие чары и прикрывшись магическим оберегом некромант попытался рывком уйти в сторону, но полностью оправдывая свое звание одного из сильнейших воинов Пылающего Легиона, Маннорот сделал ловкий финт нижней частью своего оружия и воздух огласил громкий, противный скрежет металла: наконечник копья Разрушителя столкнулся с нагрудником Грегора и не смог пробить латы седовласого уроженца Хай-Рока, но сила демонического генерала была настолько огромной, что его сокрушительный удар отбросил закованного в металл чародея к созданной демоном стене пламени.
Ударившись спиной об сотканную из огня Скверны преграду, Грегор вспыхнул, словно спичка — заклятье Властителя Преисподней жадно пожирало все, до чего могло дотянуться и магия, которой было пропитано тело бретонца, явно пришлась ей по вкусу.
— Это было неприятно… — С лязгом приземлившись на землю, некромант пропустил по своей энергетике чары, что отрезали демоническое пламя от магического каркаса и стряхнул его остатки на почерневшую почву. Распространяемая Плетью Порча вытягивала из окружающего мира большую часть энергии, и демонической Скверне тут было просто нечем подпитываться, из-за чего кислотно-зеленый огонь довольно быстро погас.
— Тебя ждет куда больше боли, смертный… — Крутанув двустороннее копье в руке, Властитель Преисподней громко топнул по земле своими передними лапами, заставив землю вздрогнуть и вновь начал разбег в сторону седого чародея. — Ты заплатишь сполна за свою непокорность!
— Возможно. — С полным равнодушием пожал плечами бретонец, решая выложить на стол свой последний козырь и набирая в грудь побольше воздуха — FO’KRah’DiiN! (Мороз — Холод — Заморозка)
Покрывая все на своем пути изморозью, волна леденящего воздуха промчалась по созданной Манноротом арене и ударила кентавроподобного демона в грудь.
Даже мощи драконьего Ту’ума оказалось недостаточно, чтобы прикончить или хотя бы серьезно навредить воителю из Круговерти Пустоты, но мощь Крика заставила его встать на дыбы — увидев, что его противник открылся, Грегор перехватил свою алебарду на манер дротика и метнул её во Властителя Преисподней.
Покрытый рунами наконечник вошел в брюхо Разрушителя буквально на пару пальцев, застряв в толстой шкуре демонического создания, которое даже не заметило, что в его туше появился посторонний объект. Но когда «гарцующий» демон приземлился на все четыре конечности…
— Гра-а-а-а!!! — Древко алебарды некроманта уперлось в землю и навалившись на него всем своим огромным весом, Маннорот сам насадил себя на оружие некроманта. Покрытое рунами лезвие исчезло где-то в недрах огромного тела приспешника Архимонда, а полный боли рев, который издал Разрушитель, оказался настолько громким, что седому уроженцу Хай-Рока пришлось пригнуться и зацепиться за землю с помощью костяных штырей, чтобы его не снесло звуковой волной. — Я разорву тебя на части, смертное ничтожество!
— Все вы это обещаете. А я продолжаю жить…
Седой бретонец тихо хмыкнул, мысленно отмечая, что он только что лишился своего оружия, а какого-либо существенного вреда при этом демон не получил: даже при том, что алебарда была сделана под размеры, мягко говоря, весьма немаленького Мадаава — она оказалась слишком маленькой, чтобы нанести генералу Пылающего Легиона серьезный ущерб. Возможно, если бы покрытое рунами лезвие задело бы жизненно важный орган, то Властителю Преисподней пришлось бы несладко, но по-видимому, в ящероподобной части его туши их не было и огромный демон лишь слегка замедлился.
— Это ненадолго! — Наконечник копья Маннорота покрылся кислотно-зеленой энергией и воздух прорезал луч кислотно-зеленой энергии, который Грегору пришлось принимать на созданный второпях оберег. Структура заклинания Разрушителя была до ужаса примитивной, но силы, вложенной в чары оказалось достаточно, чтобы луч пробил защиту бретонца, словно бумагу и ударив в его грудь, протащил Мадаава до противоположного конца арены, вспахивая оскверненную Порчей землю.
" — Похоже, что этот громила наконец-то перестал сдерживаться. " — Несмотря на колоссальную мощь демонических чар, бретонец смог устоять на ногах и когда сила в заклятии Маннорота иссякла, взору генерала Саргераса предстал потрепанный, но по-прежнему живой чародей, раскаленный нагрудник которого приобрел желто-белый оттенок. — " Сейчас бы мне Ледяная Скорбь совсем не помешала. Но с другой стороны — если бы Алекстраза узнала, что рунический клинок находится у меня в руках, то пришлось бы сражаться с ней… Сразу."