— Зря смеешься, Малигос. В моем видении клыкастый приспешник некроманта держал в руках Ледяную Скорбь и скорее всего она прямо сейчас находится где-то во владении Мадаава. А ты даже лучше меня должен понимать, на что способен этот рунический клинок…
Несколько долгих мгновений Хранитель Магии сохранял непривычное для колкого на язык дракона молчание, а затем тяжело вздохнул и спросил у своего собеседника.
— У лесного тролля из твоего видения случайно не было красного ирокеза?
— Вот, как он выглядел… — Небрежным пассом Ноздорму создал перед своим синим сородичем проекцию уроженца Зул-Амана, что возглавлял в его видении поход против драконов. — Знаешь, кто это?
— К моему огромному сожалению — да. Судя по всему нашей возможной гибелью должен стать Мор’Джинн — ближайший сподвижник одного седовласого чародея. — Раздраженно фыркнул Малигос, что судя по выражению лица иллюзии, прикидывал, как можно было выкрутиться из сложившейся ситуации. — Ладно, допустим я поверю в то, что этот дикарь в будущем сможет помножить наш род на ноль. Артас хорошенько накормил свой рунический клинок душами, а Грегор очень хорошо убивает все, что хоть немного слабее Аспекта и вполне мог поделиться своими знаниями с этим лесным троллем. Чего ты хочешь от меня?
— Убей тролля и уничтожь Ледяную Скорбь. — Просто и незатейливо ответил ему Вневременный, вызвав у Патриарха Синей Стаи возмущенный вздох.
— Знаешь что?! А не пошел бы ты с такими просьбами в глубокую-преглубокую…
— Как ты думаешь, что станут делать помощники некроманта, когда узнают, что их господина пленили? — Резко, но вместе с тем — предельно спокойно перебил своего сородича бронзовый дракон. — Мне почему-то кажется, что они попробуют выпустить труповода на волю. А если Мадаав окажется на свободе, то он вряд ли будет благодарен создателю собственной темницы… — Вневременный с намеком указал глазами на покрытый рунами металлический саркофаг, что стоял с ним рядом, терпеливо ожидая своего часа.
По сути Ноздорму чуть ли не прямым текстом говорил обитающему в Нортренде затворнику, что тот замазан в их заговоре наравне со всеми и если Грегор все-таки выберется из заточения — то получать Аспект Магии будет не меньше, а даже больше, чем другие последователи Титанов. Просто потому, что проектировал и создавал темницу Малигос собственноручно, а блокирующий дар предвидения чародей являлся довольно опытным магом и должен был быстро понять, кто являлся архитектором столь крепкой «камеры».
— Шантаж? Хотел бы я сказать «Вот уж не ожидал, что ты до него опустишься»… Но нет — именно от тебя-то я подобного и ждал. — С кислым выражением лица процедил в ответ патриарх Синей Стаи. — Ладно, я займусь Зул-Аманом. Только не облажайтесь там с некромантом, а то расхлебывать потом будем всем Азеротом…
***
— Попалась, смертная блоха! — Как только действие Крика бесплотности сошло на нет, Маннорот тут же схватил потрепанного и совершенно не сопротивляющегося бретонца за шею и громогласно захохотав, поднял его над землей. — Теперь ты от меня не сбежишь!
Ту’ум бесплотности оказался последней каплей для и без того многострадального горла Мадаава и все, что сейчас мог выдавить из себя седовласый уроженец Хай-Рока — это сдавленное шипение, а тело некроманта было повреждено пламенем Скверны так сильно, что сейчас для Грегора просто устоять на ногах было бы подвигом титанического масштаба.
Но говорить что-то своему противнику флегматичный чародей не собирался — руна «Высылки Даэдра» была завершена и смех демонического генерала прервал яркий колдовской узор, вспыхнувший по всей площади созданной Манноротом арены.
К чести Разрушителя — он практически мгновенно сообразил, для чего была предназначена созданная бретонцем руна и что дальше будет. Но вот дальнейшие действия могучего демонического воителя стали для Мадаава внезапным и крайне неприятным сюрпризом…
Правая рука Архимонда не стал угрожать флегматичному некроманту и даже не стал пытаться его убить его до того, как сработают изгоняющие демонов чары. Вместо этого Маннорот прокусил свое запястье и с размаху ударил окровавленной ладонью в раскуроченный нагрудник рослого бретонца.
Когти Разрушителя вонзились в плоть обездвиженного чародея, а в следующий миг Грегора выгнуло дугой — густая, вязкая сущность полководца Пылающего Легиона, что по-сути представляла из себя концентрированную Скверну, стала менять свою форму и вгрызаться в тело некроманта потоками кислотно-зеленой энергии, но отнюдь не для того, чтобы как-то ему навредить.