Само-собой, у такого подхода был и недостаток, в виде повышенного расхода магии, но для говорящего с духами это был простительно. В отличие от обычных арканных магов, которые выстраивали из энергии очень сложные, но небольшие по объёму структуры, шаманы следовали принципу "Вложи больше — дух вдарит сильнее!" и скорость этого самого "вложения" была для заклинателей духов крайне важна, ведь враг не станет стоять на месте, дожидаясь, пока кто-то накормит своих друзей с астрального плана.
В общем, подарок седой колдун сделал воистину императорский, лишний раз убедив Мор'Джинна, в правильности своего, пусть и не совсем добровольного, но все же выбора. И даже полученное не так давно клеймо уже не слишком напрягало клыкастого уроженца Зул-Амана. С вопросами подчинения у лесных троллей в целом все было предельно просто: кто сильнее — тот прав.
А силы у Грегора было довольно много.
Правда, демонстрировал её седой труповод нечасто. Да и в целом хозяин Мор'Джинна оказался довольно… Своеобразным человеком. Бывший ученик шамана уже давно понял, что все, кто имел отношение к какой-либо магии были слегка не от мира сего, но рослый колдун был самым странным из всех, кого клыкастый дикарь когда-либо встречал.
По его собственным словам, Грегор был императором, и в это лесной тролль охотно мог поверить, ведь манера общения у седого великана была крайне характерной — как у не терпящего пререканий вождя. Но вместе с тем…
Мор'Джинн не понимал, чего его хозяин хочет.
Нет, со словами о том, что Плеть нужно было остановить уроженец Зул'Амана был целиком и полностью согласен: угрозу нежить представляла огромную, а проводить остаток своего существования в виде дохлого прислужника одного из некромантов лесной тролль не хотел от слова совсем — ни тебе девок пощупать, ни вкуса еды почувствовать…
Так что труповодов клыкастый призыватель духов был готов лупить точно также, как и остроухих.
Но допустим, они с хозяином победят — а дальше-то что делать? Расширять влияние на людишек и брать под свою руку остатки Лордерона? Или пойти на восток, чтобы захватить власть в племенах Зул-Амана? А может они будут уничтожать весь Кель-Талас со всеми его обитателями?
Хотя последний вариант выглядел крайне соблазнительно, надежд на подобный исход было маловато.
Да и в целом у бывшего ученика шамана создалось впечатление, что огромный колдун сам не знает, чего ему от жизни надо и действует по принципу "Что есть — то и будем есть": Плеть устроила нашествие? Перебьем их, чтобы не мешались. Нет? Ну на нет и действий нет, буду изображать из себя мыслящий булыжник…
Причем последнее Мадаав делал постоянно — по бесстрастному лицу с равнодушным взглядом было крайне сложно понять мысли седого чародея и улавливать настроение своего хозяина лесному троллю приходилось в основном ориентируясь на врожденное чутье, которым в той или иной мере обладал каждый житель Зул-Амана.
В общем, по мнению говорящего с духами Грегор был крайне апатичным человеком. И что будет после того, как один сильный некромант перебьет толпу слабых (А в глазах Мор'Джинна противостояние его хозяина и Плети выглядело именно так), он сказать затруднился…
Но все это были лишь дела будущего. Сейчас клыкастый заклинатель наблюдал, как созданные его хозяином скелеты растаскивают лежащие на телегах эльфийские трупы. Выданный седым чародеем амулет сработал как надо и посланный Мадаавом отряд успел переместиться обратно до того момента, как следопыты Луносвета успели настигнуть лесного тролля: пока подчиненная его хозяину нежить собирала трупы кель'дорай, бывший ученик шамана послал во все стороны своих астральных слуг, через которых он успел заранее заметить отряд остроухих воинов, что спешил к уничтоженной деревне.
Как именно эльфы прознали об нападении в тылу, Мор'Джинн не понял, но увидев подходящего к деревне врага, лесной тролль сделал самое верное в такой ситуации решение — он приказал облаченным в латы костяшкам похватать всех покойников, что были под рукой и активировав колдовскую побрякушку, связался с Грегором, который переместил их с добычей в тайное логово. Часть трупов при этом осталась в деревне, но рисковать собственной шкурой, сражаясь за них со следопытами, бывший ученик шамана не собирался.
Причем дело было не столько в страхе, сколько в банальном расчете: оно того просто не стоило, ведь в отличие от обычных селян, воины Кель-Таласа были крайне опасным противником и зачастую прекрасно владели боевой магией, а скелеты Мадаава были предназначены исключительно для ближнего боя.