– Вот видишь! – оживился Дмитрий. Он тряхнул головой, отчего его густые волосы до плеч качнулись. – А у нас не так. В Посёлке старики всегда говорили: нечего старую веру с церковным календарём мешать. – Его голос набрал силу. – Масленица – это уже под Великий пост. А наш обряд с Мореной – это другое, это не просто проводы зимы, а победа над самой смертью. И побеждать её нужно на пике лета, когда сила солнца максимальна! Чтобы огнём летнего солнцестояния выжечь всю её суть, всю накопленную за год скверну. Чистый огонь против чистой тьмы, понимаешь? Поэтому и праздник у нас свой, особенный, ближе к Купале.
Он замолчал, и его энтузиазм слегка угас, сменившись задумчивостью. Игорь, который и поднял эту тему, медленно кивнул, словно что-то для себя уяснив. Даже Анна на мгновение перестала хмуриться, глядя на дорогу перед собой.
– Мы все вернулись, – наконец тихо сказала Мария, не отрывая взгляда от дороги впереди. – Это уже кое-что.
– Ладно, туристы поневоле, – Игорь хлопнул в ладоши, стряхивая оцепенение. – Похоже, дальше пешком. Веселая прогулка предстоит.
Не сговариваясь, они принялись за дело. Стало ясно, что тяжелые чемоданы придется оставить. Быстро переложив самое необходимое – воду, остатки еды, смену белья, аптечку – в свои походные рюкзаки, они захлопнули дверцы машины.
Игорь запер машину, хотя смысла в этом было немного. Кто ее тут тронет? Они остались одни на пыльной дороге с рюкзаками за плечами. Тишина давила, нарушаемая только их неуверенными шагами по гравию обочины да далеким, каркающим криком вороны. Дорога уходила вперед, к туманному горизонту.
Они шли уже часа два, если не больше. Солнце в зените безжалостно выжигало остатки энтузиазма. Пыль оседала на коже, скрипела на зубах. Асфальт плавился, марево дрожало над дорогой, искажая унылый пейзаж. Каждый шаг отдавался болью в ногах.
– Пеший тур по родным просторам, – прокомментировала Анна, смахивая пот со лба.Под слоем пыли ее лицо казалось еще бледнее и тоньше. Её сарказм был защитной реакцией против подступающего отчаяния. – Мечта любого туриста. Прекрасно!
– Зато материал для статьи какой, Ань, – попытался подбодрить Игорь, перекидывая рюкзак с плеча на плечо. – Заголовок уже есть: "Как мы шли на шабаш через всю Россию и чуть не сдохли от жажды". Или "Возвращение блудных релокантов: пешком к языческим корням".
Анна позволила себе лёгкую усмешку, поправляя врезавшуюся в плечо лямку.
– Отличный заголовок. Жаль, моего личного носильщика нет. Он бы оценил.
– Макса, что ли? – Игорь ляпнул, не подумав, и тут же понял свою ошибку.
Анна бросила на него короткий, колкий взгляд и отвернулась к дороге. Спина напряглась.
– Мы больше не вместе, – сказала она ровно, стараясь, чтобы голос не дрогнул.
– О... – Игорь смутился. Ему уже перевалило за тридцать, но он покраснел, как подросток. – Я не знал. Прости. Дурацкая шутка.
– Да ничего, – Анна пожала плечами, делая вид, что ей всё равно. – Ему всё равно было не до таких путешествий. Вечно работа, проекты…
Повисла неловкая пауза, которую заполнил только хруст гравия под ботинками. Звук их шагов на фоне мёртвой тишины казался неестественно громким.
Дмитрий, коренастый и широкоплечий, шедший чуть впереди, замедлил шаг и прищурился.
– Ни одной машины за весь день, – проговорил он задумчиво. – Вообще ни одной. Странно это.
– Если это из-за дефицита бензина, как на тех заправках, то дело совсем плохо, – Игорь оглядел пустынное шоссе. – Значит, и в деревне можем ничего не найти.
И тут, словно в ответ, издалека донёсся рокот мотора. Сначала едва различимый, но быстро нарастающий. Надежда вспыхнула на их лицах. Анна, забыв обо всём, шагнула к дороге, вскидывая руку.
– Эй! Стойте! Помогите! – закричала она, отчаянно махая.
Машина – тёмный силуэт в дрожащем мареве – неслась прямо на них, не сбавляя скорости. В последний момент Игорь рывком схватил Анну за талию, оттаскивая с дороги. Тяжёлый внедорожник пронёсся мимо, взметнув тучу пыли и гравия, обдав их горячим ветром и выхлопными газами. Он даже не притормозил.
Анна стояла, тяжело дыша, пыль оседала на её рыжих волосах и одежде. Кулаки сжаты так, что побелели костяшки.
– Что за псих! – выдохнула она сквозь зубы. – Я что-то совсем отвыкла от… от этого… – Она осеклась, не находя нужного слова для этого слепого, агрессивного равнодушия.
Они молча смотрели вслед удаляющейся машине, пока она не скрылась за поворотом. Тяжёлая тишина снова окутала их. Медленно, то и дело оглядываясь на пустую дорогу, словно ожидая нового подвоха, они побрели дальше.