– Мы вообще к нему приближаемся? – спросила Анна, останавливаясь и упирая руки в бока. – Кажется, он всё так же далеко, как и утром.
– Да ладно тебе, Ань, – Дмитрий старался звучать уверенно, хотя и сам бросал взгляды на холм. – Полпути точно прошли. По моим прикидкам, скоро должны выйти к реке. Там мост, а за ним уже рукой подать.
Мария, шедшая чуть позади, вдруг тихо улыбнулась. Дмитрий заметил и вопросительно посмотрел на неё.
– Что?
– Я вспомнила, как эта река называется, – сказала Мария. – Забытица. Меня в детстве это название почему-то всегда так смешило. За-бы-ти-ца. Звучит как заклинание.
И тут же, словно её слова потревожили тишину, послышался звук. Сначала тихий, далёкий, но быстро нарастающий рокот мотора. Мощного, тяжёлого мотора. Точно как вчера.
– Анна, осторожно! – крикнул Игорь и резко схватил её за руку, отдёргивая от края дороги в сторону поля.
Они замерли, вслушиваясь. Звук нарастал, становился оглушительным, будто машина вот-вот вылетит из-за поворота, скрытого лесом. Но дорога оставалась пустой. Только рёв мотора, который, казалось, исходил отовсюду и ниоткуда. И вдруг звук оборвался. Вместо него их обдало сильным, горячим порывом ветра, который взметнул пыль с дороги и зашелестел сухой травой в поле. Потом снова наступила тишина – ещё более гнетущая, чем прежде.
– Дим, – Игорь озадаченно кивнул в сторону леса, откуда должен был доноситься звук. – Там что, ещё одна дорога? Параллельная?
Дмитрий молча покачал головой, его лицо было хмурым.
Мария, отступившая от дороги во время «проезда» невидимой машины, вдруг наклонилась. Что-то привлекло её внимание в траве у самой кромки леса. Она протянула руку и подняла небольшой предмет. Это была деревянная фигурка, грубо, но искусно вырезанная. Она изображала странное, причудливое существо – то ли зверя, то ли духа – с переплетёнными, как ветви, рогами и криво посаженными, насмешливыми глазами. Дерево было тёмным, гладким, отполированным временем.
– Смотрите, что я нашла, – сказала Мария, протягивая фигурку на ладони.
Дмитрий подошёл ближе, и его лицо мгновенно стало встревоженным.
– Откуда это у тебя? Где ты её взяла?
– Да вот тут лежала, в траве, – Мария пожала плечами. – Просто так. Красивая, правда? Такая... необычная.
– Это что, сувенир местный какой-то? – Анна с интересом склонилась над фигуркой.
– Это Щур, – напряжённо сказал Дмитрий, не сводя глаз с деревянного идола. – Славянский дух. Бог обмана, иллюзий, путник дорог.
– Никогда о таком не слышал, – хмыкнул Игорь, подходя ближе. – У тебя там целый пантеон в голове, Димыч.
– Он редко упоминается, – Дмитрий говорил серьёзно. – Считался мелким божком. Но опасным.
– И что он делает? – спросила Анна.
– Сбивает с пути. Путает мысли, насылает морок. Заводит путников туда, откуда нет возврата.
– Ну, – Мария улыбнулась, но улыбка вышла нервной. – Как раз то, что нам сейчас совершенно не нужно. – Она повертела фигурку в руках. – Но он всё равно милый какой-то. Смотрите, как улыбается хитро.
– Маша, лучше оставь его здесь, – резко сказал Дмитрий. – Положи, где взяла.
– Почему? – Мария подняла на него удивлённый взгляд. – Он такая необычный... В нём что-то особенное, разве ты не чувствуешь?
– Лучше не трогать непонятные вещи, – вздохнул Дмитрий, проводя рукой по волосам. – Тем более сейчас. Мало ли что.
Мария помедлила секунду, потом пожала плечами и сунула фигурку в карман куртки. Дмитрий посмотрел на неё с явным беспокойством, но промолчал. Спорить было бесполезно, он знал её упрямство.
Они пошли дальше. Лес слева стал реже, дорога делала плавный изгиб. И вдруг впереди, за полем, блеснула на солнце водная гладь. Широкая, спокойная полоса реки, перерезавшая им путь.
Дмитрий остановился и показал рукой. На его лице появилось облегчение.
– Вот! Вот и река! Забытица! Я же говорил! Теперь точно скоро будем.
***
Они вышли к реке. Неширокой, но с быстрым течением и илистыми берегами, заросшими камышом. Вода была тёмной, почти чёрной, отражая и затемняя белёсое небо. Они остановились у самой кромки воды, глядя на то, что когда-то было мостом. Из воды торчали несколько покосившихся, обросших тиной бетонных опор – печальные останки переправы, разрушенной временем или паводком. Целый пролёт отсутствовал.
Анна медленно цокнула языком. Звук получился сухим и резким в наступившей тишине.
– Ну и? – спросила она, ни к кому конкретно не обращаясь.
Дмитрий смотрел на обломки моста, его лицо помрачнело. Он потёр лоб.
– Чёрт. Я знаю этот мост. Точнее, то, что от него осталось. Это не тот, который нам нужен. Мы сильно южнее, чем я думал. Километров на пять, не меньше.