– У меня есть идея, – сказал он.
– Хочешь кого-нибудь прикончить? – осведомился Келтэн.
– Без шуток, Коль. Отведи своего друга Сенгу в сторонку и предложи ему устроить в Натайосе постоянное заведение. Это было бы только логично, а мы трое получили бы повод здесь остаться. Если бы мы очистили какие-нибудь развалины и открыли там таверну, мы могли бы поселиться там же и заниматься ее делами.
– А он недурственно кумекает, Коль, – заметил Кааладор. – У старины Шеллага морда, конешно, такая, точно он на завтрак хлещет кровушку, но одноглазая башка у него варит, што верно, то верно.
Келтэн задумался.
– И правда ведь, тогда мы смогли бы остаться в Натайосе и держать ухо востро. – Он огляделся и добавил громче, чтобы услышали окружавшие их солдаты:
– Сенга все боится, как бы кто не устроил здесь собственной пивоварни. Если мы останемся с ним, мы наверняка сумеем убедить такого умника поискать себе другое занятие. Пойду-ка я потолкую об этом с Сенгой. Добродушный приятель Келтэна сидел за самодельным столиком за повозками и пересчитывал монеты с блаженным выражением лица.
– Ах Коль, до чего же здорово! – почти промурлыкал он.
– Это же всего лишь гроши.
– Знаю я, знаю, но ведь их так много!
– У Шеллага появилась идея.
– Он решил приуменьшить толпу, снеся голову каждому третьему?
– Шеллаг на деле не так уж и страшен.
– Правда? Всему лагерю он снится в страшных снах.
– С тех пор как мы в Арджуне, он еще никого не убил.
– Он бережет силы. Он ждет, покуда нас не соберется тысяч десять, и тогда уж отведет душу, прикончив всех до единого.
– Так ты хочешь выслушать, что пришло ему в голову, или у тебя еще не иссяк запас дурацких шуток?
– Извини. Валяй говори.
– Он считает, что нам бы следовало очистить какую-нибудь нежилую развалюху и устроить в ней постоянную таверну.
– Ты имеешь в виду – самое настоящее дело? Со стойкой, столами, стульями и тому подобным?
– А почему бы и нет? Теперь, когда твой пивовар работает без перерыва, он постоянно будет снабжать тебя пивом, а уж покупателей у тебя будет предостаточно. Если ты заведешь здесь таверну, ты сможешь торговать пивом каждый день, а не наездами раз в неделю. Тогда клиенты уже не будут сваливаться на твою голову целым полком зараз.
– Мне это никогда не приходило в голову, – сознался Сенга. – Я думал – вот загребу побольше деньжат и рвану к границе. Я бы мог поставить здесь самую настоящую таверну, Коль, – доброе, честное, законное занятие. Мне бы не пришлось больше грабить.
– Я знаю твои цены, Сенга. Не беспокойся, ты по-прежнему грабитель.
Сенга пропустил его слова мимо ушей.
– Может быть, я назову ее «Дворец Сенги», – мечтательно проговорил он. – Хотя нет, – тут же поправился он нахмурясь, – это слишком пышно для пивной. Пожалуй, я назову ее «У Сенги». Это будет куда лучший памятник моему имени, чем могильная плита с датой, когда меня повесили. – Но тут же он потряс головой и вздохнул. – Нет, Коль, – сказал он с сожалением, – дело не выгорит. Если меня, вас и других охранников здесь не будет, солдаты Скарпы попросту ворвутся ко мне и вылакают все пиво, не заплатив ни гроша.
– А почему же это нас здесь не будет? Мы можем остаться с тобой и исполнять свои обязанности.
– Вряд ли Нарстилу понравится, если мы не вернемся в лагерь к ночи.
– Сенга, – мягко сказал Келтэн, – неужели тебе и впрямь так нужен Нарстил? Ты теперь честный торговец, и тебе незачем связываться с бандитами.
Сенга расхохотался.
– Больно ты торопишься, Коль. Дай мне время подумать.
Он помолчал и вдруг выругался.
– Что еще?
– Прекрасная идея, Коль, но она не сработает.
– Почему?
– Потому что мне нужно разрешение Скарпы, чтобы устроить здесь таверну, а я в жизни не решусь подойти к нему, не то что просить об этом.
– Друг мой, я не думаю, что тебе придется это делать. Я вчера рылся в рухляди, которой завален лагерь Нарстила, и угадай, что я нашел?
– Что?
– Славный такой, обитый серебряными обручами бочонок арсианского красного. На нем даже есть серебряный краник. Парень, который украл его, не знал ему настоящей цены – сам он любитель пива – и я купил у него бочонок за полкроны. Я продам его тебе, а ты подаришь его этому… как его?.. Крегеру. Вот он пускай и уговаривает Скарпу разрешить тебе открыть здесь таверну.
– Коль, да ты просто гений! Сколько ты возьмешь за этот бочонок?
– Э-э… пять крон, пожалуй.
– Пять крон? В десять раз больше, чем ты сам за него заплатил? Это же грабеж!