Около дюжины вооруженных до зубов людей удалились за пределы слышимости.
– Ты их узнал, конечно, – прошептала Афраэль.
– Да, Келтэн и Бевьер. Правда, я не заметил Кааладора. – Спархок задумался. – С тобой здесь ничего не случится? Я хочу сказать, если ты останешься одна.
– Ну конечно, Спархок, здесь очень опасно – львы, тигры, медведи и все такое прочее.
– Это был глупый вопрос, верно?
– Полагаю, что да. Что ты задумал?
– Келтэн и Бевьер явно работают на этого парня по имени Сенга. Думаю, они смогут поручиться за меня. Они, похоже, направляются в Натайос, так что, если я наймусь охранять пиво, я смогу проникнуть в город, не привлекая ничьего внимания.
– А ты сумеешь сдержаться, оказавшись так близко от мамы?
– Афраэль, я не намерен совершать опрометчивых поступков.
– Что ж, тогда все в порядке. Я даю тебе свое дозволение.
– О, спасибо, Божественная Афраэль! – воскликнул он. – Спасибо, спасибо, спасибо!
– Ты слишком языкаст, Спархок, – язвительно заметила она.
– Видно потому, что в последнее время пребывал в чересчур умном обществе, – пожал он плечами.
– Мне нужно ненадолго отлучиться в Сарну, – сказала Афраэль. – Когда будешь в городе, постарайся избежать неприятностей.
– Мне будет тебя недоставать, – ухмыльнулся он.
– Ты сегодня в каком-то странном настроении.
– У меня замечательное настроение. Если все пойдет как надо, еще до заката я освобожу твою мать.
– Посмотрим.
Они ждали, а солнце между тем поднималось на востоке все выше и выше. Наконец с севера донеслось глухое громыханье нескольких тяжело груженных фургонов.
– Я сообщу тебе обо всем, что узнаю, – пообещал Спархок и, выступив из зарослей, остановился на обочине грязной раскисшей дороги.
Из-за поворота, влекомый четверкой терпеливых волов, показался первый фургон. Он был доверху нагружен бочками, а на сиденье, рядом с кучером, с виду сущим злодеем, сидел человек по имени Сенга. Келтэн, со странно знакомым выражением на измененном лице, восседал на бочках с пивом.
– Эгей, Коль! – окликнул с обочины Спархок. – Я так и думал, что узнал твой голос, когда вы недавно здесь проходили!
– Эй, да чтоб мне ослепнуть, если это не Фрон! – воскликнул Келтэн, расплываясь в широчайшей ухмылке. Спархок вдруг подумал – интересно, что было бы, если б Келтэн его не узнал? Келтэн же хохотал с неподдельной радостью.
– Мы все думали, что ты удрал в море, когда нам пришлось туго в Материоне.
– Так-то так, да ничего из этого не вышло, – пожал плечами Спархок. – На борту оказался боцман, который чересчур вольно обращался с плетью. Как-то темной ночью он решил поплавать. Понятия не имею, что это на него нашло. Мы были в двадцати лигах от берега, когда я помог ему перебраться через борт.
– Люди порой творят всякие странности. Что ты делаешь здесь?
– Я слышал об этой армии и решил, что это может быть неплохим укрытием. Болтают, будто этот Скарпа готовит поход на Материон. У меня там осталось несколько старых долгов, вот я и решил примкнуть к нему ради забавы и прибыли.
– Думаю, мы сыщем для тебя местечко и получше, чем рядовым в армии Скарпы. – Келтэн ткнул ногой плечо Сенги. – Вон тот парень, стоящий по щиколотки в грязи, наш старинный приятель из Материона, – сообщил он содержателю таверны. – Имя его Фрон, и в драке он – лучше некуда. Когда в Материоне мы столкнулись с полицией, он плечом к плечу с Шеллагом сдерживал полицейских, покуда мы отступали. Как считаешь, найдется для него местечко в твоей таверне?
– Ты ручаешься за него, Коль? – осведомился Сенга.
– Я не мог бы желать лучшей подмоги, если случится заварушка.
– Ты командуешь охраной, – пожал плечами Сенга. – Нанимай кого пожелаешь.
– Я так и надеялся, что ты скажешь именно это. – Келтэн поманил рукой Спархока. – Забирайся ко мне, Фрон! – крикнул он. – Я покажу тебе все чудеса Натайоса!
– С высоты пивного фургона?
– А ты мог бы придумать лучшее место?
ГЛАВА 19
Кринг прибыл в Сарну в конце того дня, когда Афраэль доставила туда из Диргиса Сефрению и ее друзей. Миртаи невозмутимо сошла во двор атанской казармы навстречу своему кривоногому нареченному. Они сдержанно обнялись и вместе вошли в здание.
– Она ведет себя довольно бесстрастно, – заметил Вэнион, который вместе с Бетуаной наблюдал из окна комнаты совета за этой встречей.
– Проявлять свои чувства открыто при людях – недостойно, Вэнион-магистр, – пояснила королева. – Надлежит соблюдать приличия, даже если сердце требует иного.