— Нет, давай сделаем это, — настаивал Эд. — Просто скажи мне, что делать.
Так они и поступили.
Пока пели Blondie, Лори называл шепотом движения, и Эд исполнял их, погружаясь в каждый резервуар танцевальных знаний, полученных ранее от Лори и изучая некоторые из них на месте. Больше всего ему нравилось, как Лори заставлял кружить себя, и они исполняли что-то вроде румбы задом наперед. Когда Эд наклонился и уткнулся носом в шею Лори, толпа пришла в неистовство от восторга. Лори, однако, чуть не сбился с шага.
— Извини, — пробормотал Эд, но опять же это было не так.
— Нет, все хорошо, — сказал Лори, когда они сделали несколько шагов по основной румбе, чтобы прийти в себя. — Только не надо взаправду тыкаться в меня носом. Такие акценты — хорошая постановка, и они нужны для зрителей. Если они неожиданны, то отвлекают меня.
Лори протянул руку и провел ладонью сначала по волосам, а затем по уху Эда и, наконец, положил ладонь на его шею. Толпа возликовала, а у Эда, едва Лори дотронулся до него, по коже побежали мурашки. Лори улыбнулся.
— Ты, конечно, хочешь пригласить их присоединиться, а ты можешь, но оставляй пространство.
— Понял. — Эд удивленно поднял брови. — Окей. Ты готов поразить всех снова?
— Да, — улыбнулся Лори.
Толпа была в восторге, музыка — бодрой, певица Дебби Харри — такой же сексуальной, как всегда. Эд развернул Лори и провел его назад, чтобы провести в другую фигуру. Песня закончилась, все зааплодировали. Эд схватил Лори за руку и широко улыбнулся как идиот. Они раскланялись.
Боже, это было почти так же весело, словно в игре.
— Как твоя шея? — прошептал Лори, когда они обнялись.
Напоминание, что Эд должен думать об этом, было подобно порезу ножом. Но Эд признал, что, вероятно, ему следовало беспокоиться о своих проблемах. Он быстро покрутил шеей в обоих направлениях и хмуро кивнул.
— Все в порядке.
В ответ Лори поцеловал его в щеку и, когда Лиам подошел к ним, отступил назад.
— Эй! — Лиам хлопнул их обоих по плечу. — Срань господня, чувак! Тебе придется давать мне уроки! Если я буду так танцевать со своей женой, то могу опаздывать домой хоть целую неделю подряд!
— Лори ведет занятия в Центре, —отозвался Эд.
— Скорее всего, я обсужу с тобой это, — сказал Лиам.
Они попытались вернуться за свой столик, но толпа не позволила. Кто-то поставил новую песню в музыкальном автомате, и в следующее мгновение Эд понял, что им с Лори придется давать импровизированные уроки танцев. Почему-то ставили именно Blondie — всю ее платиновую коллекцию. Лори научил желающих какому-то хороводному танцу под «Стеклянное сердце», и каким-то образом под «Так или иначе» ему удалось провести четыре пары в подобии полурумбы и полудвухступенчатом. Иногда Лори использовал Эда в качестве «модели», но в основном просто ходил и руководил, а когда это было необходимо, вставал ведомым партнером.
Он выглядел таким счастливым. «Ученики» заставляли его смеяться, заставляли кружиться в десяти направлениях одновременно. А Эд просто стоял и смотрел, и это было красиво. Он никогда не видел Лори таким. Он никогда не встречал никого похожего на него. Это было прекрасно, но в то же время больно. Потому что Эд понимал, что он даже близко не подходил к таким моментам.
Когда кто-то из присутствующих, наконец, осознал, что они танцуют под один и тот же альбом, диск поменяли. Но в автомате был небольшой выбор музыки для танцев. Так что, когда бармен крикнул, что следующая песня последняя, все остановились на другом альбоме, но все еще на тех же Blondie. И когда Лори вернулся в объятия Эда, «Мария» заиграла на полную катушку. Лори все еще сиял, раскрасневшись от возбуждения, а не от алкоголя, и Эд заставил его хихикать, пытаясь танцевать танго под песню с неправильным ритмом.
— О, Эд. — Лори рассмеялся и упал в его объятия. — Ты делаешь меня таким счастливым.
И по какой-то причине, когда Лори поднял на него глаза, полные жизни, любви и удивления, Эд посмотрел на него сверху вниз и сказал:
— Меня сегодня уволили.
Лори резко остановился и попытался отстраниться, чтобы получше рассмотреть выражение его лица, но Эд прижал его к себе так крепко, как только мог. Он не хотел разговора на эту тему и теперь чувствовал себя беззащитным. Но, возможно, так будет лучше. Он не думал, что у него хватит сил признаться наедине — без этих людей вокруг, создавших энергию и хаос, в которых можно было спрятать свою неудачу. Поэтому просто сжал руки Лори и понимая, что чувство ужаса внутри него, страх, что потеря работы заставит Лори уйти, были неуместны, но все же не мог отбросить эти чувства. Он просто затаил дыхание и ждал.