Он приземлился на субконтиненте Крельд, жители которого звались крельдянами. На планете уже было всемирное правительство, но объединение произошло совсем недавно, и население еще пользовалось старыми названиями стран и народов. Со своей фотографической памятью Эллис без труда выучил крельдский язык, тем более что обнаружились общие корни с языками Земли. Жители, принадлежащие к тому же виду "homo sapiens", казались ему ничуть не более странными, чем некоторые представители его собственной планеты. Эллис уже знал, что так и должно было произойти. И чем больше он думал об этом, тем больше укреплялся в мысли, что именно это сходство является необходимым для выполнения задания. Но каково само задание? Эллис учился, наблюдал и думал. Под предлогом недостаточного знания языка он, насколько можно, оттягивал встречу с правящим Советом, со страхом ожидая вопросов. Все же час настал. Его провели по зданию Совета, к дверям Главного Зала. Эллис вошел с проектором под мышкой. Старый глава Совета сердечно приветствовал его, а Эллис в ответ показал свой фильм. Затем началась беседа. - Значит, вы последний представитель своей расы? - спросил председатель Совета. Эллис молча кивнул, глядя в доброе морщинистое лицо. - Почему же ваш народ послал только вас? - спросил один из членов Совета. - Почему не послали мужчину и женщину? Мне и самому это хотелось бы знать, подумал Эллис, но вслух заявил: - В нескольких словах я не могу объяснить вам психологию моей расы. Наше решение проистекает из самой нашей сущности. Бессмысленная ложь. Но что еще скажешь? - Когда-нибудь вы объясните нам психологию вашего народа, - сказал член Совета. Эллис кивнул, обводя присутствующих взглядом. Фильм произвел ожидаемый эффект. Они готовы хорошо относиться к этому последнему представителю великой цивилизации. - Нас очень интересует ваш сверхсветовой двигатель, - начал другой член Совета. - Вы можете нам помочь? - К сожалению, нет, - ответил Эллис. Он уже понял, что техника у них доатомной эры, на несколько веков позади земной. - Я не ученый. Я не разбираюсь в двигателях. Это одно из последних достижений. - Мы могли бы сами разобраться, - предложил кто-то. - По-моему, не следует этого делать, - сообщил ему Эллис. - Насколько я знаю, двигатели выйдут из строя, если кто-либо вздумает их разбирать. - Вы сказали, что вы не ученый, - мягко произнес старый председатель, меняя тему. - А кто же вы? - Психиатр, - ответил Эллис. Они разговаривали еще несколько часов. Эллис изворачивался, как мог, врал и изобретал, пытаясь скрыть свою неосведомленность. А Совет хотел узнать обо всех этапах жизни на Земле, обо всех подробностях технического и социального прогресса. Они интересовались методами определения предстоящего взрыва сверхновой. Они спрашивали, почему он решил приземлиться именно здесь. И наконец - имея в виду, что прилетел только он, - не было ли у его расы склонности к самоубийству? - В будущем мы хотели бы задать вам еще вопросы, - сказал в заключение беседы старый глава Совета. - Я буду счастлив рассказать все, что знаю, - ответил Эллис. - Это "все" больше похоже на "ничего", - заметил все тот же въедливый член Совета. - Как вы можете, Элгг! Вспомните о том, что пережил этот человек! упрекнул его председатель. - Ведь погиб весь его народ. Надо быть гостеприимнее. Он повернулся к Эллису. - Вы и так безмерно помогли нам. Например, теперь, когда мы знаем о возможности управляемых ядерных реакций, мы можем направить усилия на достижение этой цели. Конечно, государство желает возместить понесенный вами ущерб и оказать вам всяческое содействие. Скажите, чем бы вы хотели заняться? Эллис молчал, не зная, что сказать. - Может быть, вы хотели бы возглавить создание музея Земли? Воздвигнуть памятник вашему великому народу? Не в этом ли состоит мое задание, подумал Эллис? И отрицательно покачал головой. - Я врач. Психиатр. Возможно, я могу быть полезен в этом отношении. - Но вы совсем не знаете наш народ, - озабоченно сказал старый руководитель. - Вам понадобится вся жизнь, чтобы изучить природу наших проблем - изучить так, чтобы вы смогли лечить. - Верно, - согласился Эллис. - Но ведь наши народы весьма похожи. Наши цивилизации шли сходными путями. Поскольку я представляю более развитую традицию психологии, мои методы могли бы помочь вашим врачам... - Конечно, доктор Эллис, - смущенно улыбнулся старый председатель. Нельзя недооценивать народ, пересекший звезды. Я сам познакомлю вас с главой одной из наших клиник. Прошу со мной. Эллис пошел за ним с бьющимся сердцем. Его задание должно быть как-то связано с психиатрией. Иначе зачем посылать психиатра? Но он все равно не знал, что должен делать. И что еще хуже, он ничего не помнил из своей медицинской подготовки.
- Вот, пожалуй, и все о диагностической аппаратуре, - сказал врач, глядя на Эллиса из-за очков в стальной оправе. Он был молод, с круглым, как луна, лицом и жаждал поучиться у старшей цивилизации. - Можете ли вы предложить какие-либо усовершенствования? - спросил он. - Надо бы посмотреть установку поближе, - уклончиво ответил Эллис. Диагностический аппарат не вызвал у него абсолютно никаких ассоциаций. - Думаю, мне не нужно лишний раз повторять вам, как я рад такой возможности, - разливался между тем врач. - У меня нет сомнения в том, что вы, земляне, смогли раскрыть многие тайны разума! - О да, - сказал на это Эллис. - А вот здесь у нас палаты, - продолжал врач. - Хотите посмотреть? - С удовольствием, - отозвался Эллис, кусая губы. Память так и не вернулась. Он знал не больше, чем малообразованный обыватель. Если что-нибудь не произойдет в самое ближайшее время, он вынужден будет признаться в своей амнезии. - В этой палате, - сообщил врач, - у нас несколько тихих больных. Эллис вошел вслед за ним и взглянул на тусклые, безжизненные лица троих пациентов. - Кататония, - указал врач на первого мужчину. - Вряд ли даже у вас есть от нее лекарство! - Он добродушно улыбнулся. Эллис не отвечал. В ere мозгу вдруг всплыло воспоминание. Это был всего лишь обрывок разговора. - А это этично? - спрашивал он. В такой же точно палате, на Земле. - Конечно, - отвечал кто-то. - Мы же не будем трогать нормальных. Но когда речь идет о психически больных, неизлечимых, то ведь их мы ничего не лишаем. Они же все равно не могут пользоваться своим мозгом. Например, идиоты, буйные сумасшедшие... По отношению к ним это милосердие. И все. Он не знает, с кем тогда говорил. Вероятно, с другим врачом. Они обсуждали какой-то метод лечения умственно неполноценных. Новый метод? Похоже. И судя по разговору, радикальный. - Так что, у вас есть метод излечения кататоников? - вывел его из задумчивости лунолицый врач. - Да, да, есть, - ответил Эллис, собрав нервы в комок. Врач в изумлении отступил. - Но как же это возможно? Нельзя ведь излечить мозг, имеющий органические поражения, такие, как вырождение или недоразвитие... Он тут же одернул себя. - Но что же это я взялся вас учить! Скорее приступайте, доктор! Эллис наклонился над первым кататоником и посмотрел ему в лицо. Он не очень понимал, что делает, но протянул руку и коснулся пальцем лба человека. В мозгу у Эллиса как будто что-то щелкнуло. Кататоник потерял сознание. Эллис подождал, но больше ничего не случилось. Он подошел ко второму пациенту и повторил процедуру. Этот тоже потерял сознание, а потом и третий. - Что происходит? - спросил круглолицый врач. - Что вы сделали? - Не знаю, подействуют ли мои методы на ваших людей, - наудачу сказал Эллис. - Пожалуйста, оставьте меня одного, совершенно одного на некоторое время. Мне нужно сосредоточиться... Он повернулся к пациентам. Врач хотел было что-то сказать, передумал и тихо вышел.