Я вдруг ощутила совершенно необъяснимое чувство ответственности, нахлынувшее на меня с порывом ветра. Я попыталась глубоко вздохнуть, сбросить со своей души неожиданно навалившийся груз, но у меня ничего не получалось, и, что самое обидное, я знала, почему. Все они шли за мной, готовые ввязаться по первому моему зову в любую авантюру, которая запросто могла стоить им жизни, не задумываясь и не спрашивая, зачем это надо. Я нагло пользовалась их добротой, распоряжаясь их жизнями по своему усмотрению. Я опустила голову. Да, надо признаться, что все это время я вела себя, как достойная сеньора Солано. Или нет? Или тут было что-то еще, чего я не понимала?
В дверь постучали.
— Извини, что без приглашения, я решил зайти, пока тебя окончательно не догрызла совесть, — ведьмак появился в комнате, не дожидаясь, пока я открою. — Я так понял, после нее мне будет ловить уже нечего.
Я грустно улыбнулась.
— С чего ты взял?
Вместо ответа он только усмехнулся.
— Витольд, — наконец, решилась я. — Я должна тебе кое-что рассказать.
Он хитро приподнял бровь.
— Прямо сейчас?
Наши взгляды встретились.
— Нет, — в тон ему ответила я, — чуть позже.
Я говорила, что в этом трактире все было очень удобно? И про то, что комната была нормальных размеров? Это еще что, но какая здесь была кровать! И, что меня уже совсем потрясло — ведь даже не скрипнула ни разу!
— Витольд, скажи честно, это ты мне заказал двухместный номер?
Он довольно кивнул, закуривая трубку.
Я, смеясь, покачала головой. А потом все ему рассказала. Откуда я взялась, как сюда попала, и что мне здесь нужно. В подробности я старалась не вдаваться, но рассказ получился долгим. Ведьмак слушал, не перебивая, не задавая лишних вопросов, потом отложил свою трубку и привлек меня к себе.
— Не забивай себе голову всякой ерундой, — возразил он, когда мое повествование споткнулось о процедуру самобичевания на почве угрызений совести. — Никого ты ни на что не подбиваешь. Ты знаешь, ведьмака очень трудно заставить что-то делать вопреки его собственной воле, так что давай без глупостей, а? Уж за свою судьбу я как-нибудь сам поотвечаю, хорошо?
— Ты опять смеешься? — я беспомощно уткнулась в подушку.
— Конечно, а что ж мне еще делать? Ну, хотя у меня есть пара идей…
— Хорошо, хорошо, я целиком и полностью за, только…
— Понятно, сначала — о деле, — согласился ведьмак. — Давай сделаем так. Тему ответственности можно благополучно закрыть. Я еду с тобой.
— А как же твои дела? — уже практически для проформы спросила я.
Он отмахнулся.
— Да ну их, какие тут могут быть дела? В конце концов, можешь меня нанять, и тогда твоя совесть успокоится окончательно.
Я просияла.
— Витольд, а ты не обидишься, если я буду платить тебе жалованье?
— Знаешь, ведьмака вообще трудно обидеть деньгами, — развеселился он. — В принципе, так же, как и отсутствием оных. Не будет средств — могу работать за идею. Видишь, какой я сговорчивый?
— Ага, зайка просто! — мне стало намного легче, словно камень упал с души. — Да, хотела с тобой посоветоваться…
— Насчет Эльстана? — он просто читал мои мысли. — Никогда не отказывайся, если эльф тебе что-то предлагает: они никогда ничего не делают из вежливости, но уж если чем-то помогают — цени. Откажешься — смертельно оскорбишь. И, кстати, при всех их причудах, не надо недооценивать их умственные способности, мудрость эльфов — не просто легенда, Перворожденные — действительно, древний и очень мудрый народ, и даже совсем молодой на первый взгляд эльф может быть старше тебя раза в четыре, а то и больше. Хотя… — задумался он, — ведут они себя, бывает, как дети малые! Чтоб далеко не ходить, ты только на нашего посмотри!
Я улыбнулась, поудобнее устраиваясь в объятиях ведьмака.
— А наш — типичный?
Витольд прыснул.
— Это как посмотреть. Хотя нет, наверное. Во-первых, без магии, что весьма необычно. Да к тому же еще и подвижник, что среди них тоже очень редко встречается. Но бывает и такое.
— В смысле, странник? — не поняла я.
— Ну да, что-то в этом роде, — пояснил он. — Эльфы очень себя любят, и если что-то они делают во вред себе, значит, у них на это есть очень веские причины. Необдуманные глупости не по их части.