Да, еще один момент — целители никогда не воздействуют на разум другого человека, даже если это кажется необходимым — прочитать мысли больного, чтобы узнать, что у него болит, ввести в легкий транс, но — не тут-то было. Догадалась уже? Правильно, все та же этика, будь она неладна. Но целители не особо расстраиваются, они и так отлично чувствуют болезнь, и мысли больного им мало интересны.
Зато они — то есть, мысли, — интересны ментатам. Которые как раз воздействуют на мозг, подавляют волю, вводят в транс, легкий и не очень — это, как ты понимаешь, уже выпускники Темной Гильдии. Им, честно говоря, по большому счету, плевать, причиняют они вред кому бы то ни было или нет, их законы намного гибче Светлых. Зато к ним намного строже относится Инквизиция, но тут уж ничего не попишешь, в мире должно быть Равновесие, чтоб никому обидно не было. Да, кстати, по поводу ментала — Светлые им тоже малость владеют, так же, как и темные — основами целительства, но пользуются, только если надо весть передать срочно, но по возможности прибегают к помощи ментатов — силы много уходит.
А теперь перейдем самому… мм… специфическому разделу — некромантии. Это разряд не для слабонервных. Некроманты работают с магией мертвых — вызывают духов, поднимают мертвых, упокаивают восставших — в общем, выполняют самую грязную работу, за это нас… в смысле, их и не любят. Господин Эльстан, не стоит так морщиться, это такие же маги, как и все остальные, нравится вам это или нет. К тому же, не стоит забывать, что они являются обязательной составляющей этого мира, и если без целителей этот мир довольно трудно представить, то без некромантов — практически невозможно. Объясняю на пальцах.
Эвенкар… или Элантида, боги ее знают, но не важно, в общем, этот мир переполнен магией. При работе целителей, погодников, ментатов и прочих в воздух происходит магический выброс, зачастую больший, чем требуется для того или иного действия — особенно у неопытных, начинающих магов. И эти сгустки магической энергии витают в воздухе, полностью лишенные контроля, иногда растворяются, а иногда — находят свое пристанище. Вот тогда и происходят всякие досадные происшествия, как, например, восстание мертвых — это как раз самый типичный случай. И чтобы эти случаи не стали закономерностью и не переросли в стихийное бедствие, были созданы некроманты. Только некромант способен упокоить восставшего чисто и правильно, без каких-либо последствий.
Засим предлагаю закончить наш так называемый вводный курс, остальное — потом, когда это отложится, а то ты, послушав меня, вообще учиться откажешься.
— А для тебя это будет большим ударом? — улыбнулась я.
— А то! Ты ж у меня первая ученица! Да и потом, мы, эльфы, знаешь, какие впечатлительные!
— Догадываюсь!
Дани продемонстрировал абсолютно невинное, ангельское выражение лица, один взгляд на которое, видимо, должен был вызывать у жертвы приступ глубокого раскаяния за проявленное недоверие к Перворожденному.
— Дани, твою мать, ты мне еще какое-нибудь чувство вины внуши, ментат хренов!
Теперь эльф захлопал глазами совершенно искренне.
— Джен, я не ментат, я же некромант… — с неожиданным смущением возразил он.
— Но ты и не целитель, а на тебе почему-то ни царапины, — парировала я. — Дани, давай, прекращай свою комедию ломать, все равно ни в жизнь не поверю, чтобы ты, учась в Темной Гильдии, ментал не освоил!
Он еще раз, уже для проформы хлопнул ресницами, но потом покачал головой, признавая свое поражение, и рассмеялся.
— Джен, а как ты поняла, что я вру? — тут же принялся допытываться Дани. — Кстати, я правда менталом совсем чуть-чуть владею, так что, в принципе, и не врал почти… Ну как ты поняла?
Я с загадочным видом прищелкнула языком, отказываясь открывать карты. А с другой стороны, и что бы я сказала? Что в своем мире была актрисой? Что мой первый муж был режиссером, за версту чувствующий малейшую фальшь? Или что мой второй муж обладал таким характером, что его вообще мало кто обмануть решался — хлопотно это, жизнью можно поплатиться ни за что, ни про что. Но это все осталось там, за странным светящимся облаком, откуда ни возьмись выросшее на благодатной почве Новой Зеландии.
Внезапно я спохватилась, вспомнив, что рядом со мной сидит ментат, прекрасно умеющий читать мысли, как открытую книгу, и тут же послала ему один из самых свирепых взглядов из моего арсенала. Дани подскочил от неожиданности.