— Поделишься?
— Я думаю, что первый артефакт где-то здесь. И, более того, ты держала его в руках.
— Но это невозможно.
— Почему? — выгнул бровь Эрик.
— Я бы поняла, — задумалась я. — Разве нет?
Эрик пожал плечами.
— Если честно, не знаю.
Задумавшись, я шла за парнем, и, когда Эрик остановился, дойдя до третьего этажа, я влетела ему в спину. Он посмотрел на меня через плечо и, ничего не сказав, пошел по коридору. На этом этаже находилась секция моего курса, библиотечный отсек и небольшой музей находок наших студентов из различных поездок. Туда мы и направлялись.
— Эрик, — тронула я его за локоть. — А проходить сквозь разлом больно?
— Не больно, — ласково улыбнулся он. — Это просто, как шагнуть через порог.
Я немного расслабилась. Мы прошли половину помещения музея и свернули направо, где в стене была дверь. Она вела в хранилище, я знала это, потому что провела здесь на практике почти все лето. Мы с Викки два с половиной месяца сортировали хлам, который сюда стаскивали студенты несколько лет до этого, и пытались понять, что имеет хоть какую-то культурную ценность, а чему место на помойке. Эрик открыл дверь ключом, который он достал из кармана, а после того, как мы оба вошли, снова ее запер.
— Очень благоразумно запирать за собой дверь в другой мир, — нервно засмеялась я.
Эрик что-то неразборчиво пробормотал себе под нос, уверенно шагая куда-то в глубину хранилища. Пытаясь не отстать от него, я прибавила ходу. Дойдя до дальней стены, мы уперлись в еще одну дверь. Она выглядела старой, и создавалось впечатление, что ей вообще не пользуются.
Эрик снова отпер замок и открыл дверь. Она не издала ни звука, а значит, впечатление, что ей не пользуются, было обманчиво, хотя сам Эрик ходил здесь недавно. На лестнице, на удивление, совсем не было пыли, и паутина не свисала с потолка. Преодолев еще один этаж и отперев очередную дверь, мы, наконец, оказались на чердаке. Это было огромное помещение, судя по всему, занимавшее весь этаж. Везде, насколько хватало взгляда, все было завалено каким-то мусором: почти истлевшая одежда, поломанная мебель, картины в разбитых рамах, старинная посуда и многое другое в таком роде. Вещи были на всех поверхностях: на стеллажах и многочисленных столах. Пробираясь через эти завалы, Эрик подошел к красной бархатной шторе и резким движением отдернул ее. За шторой оказалась стена, а вот на стене сверкал и переливался, по всей видимости, разлом. Не выше полутора метров, шириной около полуметра, он, похожий на мутное стекло, извивался и мерцал. По всей его поверхности непрерывно шли волны, будто от брошенного в воду камешка. Подойдя ближе, мне с трудом удалось рассмотреть то, что было за ним. Я, словно сквозь толщу воды, смотрела на лес по ту сторону. Но я видела широкие лапы сосен, редкие пятна солнечных лучей, которым удалось разорвать плотный зеленый купол, и землю, усыпанную ковром из опавших иголок. Несомненно, это был лес из моего сна. Я завороженно протянула руку, желая коснуться поверхности разлома, но почувствовала, как Эрик резко перехватил ее. Непонимающе я повернулась к парню.
— Не стоит трогать разлом, если не готова сразу шагнуть в него, — взял он меня за руку. — Пойдешь за мной.
Мрачно сверкнули изумрудные блики в его глазах. Поправив штору позади нас, Эрик отодвинул меня от стены и подошел к разлому. Крепко сжав мою ладонь, парень шагнул внутрь. Это было странное зрелище, будто он заходит в водопад. Зажмурившись, я пошла следом. Спустя пять шагов я уперлась в спину парня и только тогда открыла глаза. Мы оказались в лесу, небо над нами полностью загораживали верхушки сосен. Сильно пахло хвоей, влажной после дождя землей, было свежо и прохладно. Я зябко поежилась и обернулась. Разлом с этой стороны выглядел абсолютно также, только висел в воздухе между двумя стволами деревьев.
— Не может быть, — недоверчиво прошептала я.
Эрик усмехнулся и протянул мне мой рюкзак.
— Ты взяла что-то теплое? В лесу гораздо прохладнее, чем в Бостоне.
Я покачала головой. В рюкзак уместилась лишь пара сменных комплектов одежды, а куртка, очевидно, была лишняя, и я подумала, что она мне не пригодится. Эрик снял с себя толстовку и протянул мне. Смутившись, я надела ее. Ткань была мягкой, хранящей тепло его тела. Меня окутало легким запахом хвои. Вытащив волосы из-под капюшона, я собрала непослушные пряди в пучок. Эрик снова протянул мне руку и повел сквозь лесную чащу.
— Нам долго идти? — окинула я взглядом лес.
— Минут тридцать.
Я вздохнула и обреченно поплелась за парнем. Полчаса мы пробирались через темный лес. Солнце почти не проникало внутрь сквозь лохматые ветки сосен. Хвоя, застилающая сырую землю, мягко пружинила под ногами. Толстовка Эрика приятно согревала, а сам парень периодически меня ловил, когда я от усталости начинала спотыкаться об коряги. Наконец, мы добрались до границы леса. После темноты, в которой мы находились все это время, солнце ослепляло. Я сильно зажмурилась, в уголках глаз собрались слезы. Проморгавшись, я с любопытством осмотрелась. Позади темнел лес, с других трех сторон нас обступил город.