— Ты хочешь сказать… — У певицы сорвался голос, и она прочистила горло.
Собеседница кивнула, подтверждая самые худшие опасения.
— До комы ты не знала ни одного иностранного языка.
ГЛАВА 4. РЫЦАРЬ ДНЯ.
Ноздри заполнял терпкий запах горящей полыни. Навязчивый и раздражающий, он не давал дышать, превращался в тяжелое одеяло, накрывающее Настасью с головой. От ужасающего ощущения, что в легких заканчивается воздух, она вырвалась из темного сна без сновидений и, глотая ртом воздух, с рывком села на постели. Девушку трясло от паники, майка прилипла к спине, а горячие влажные простыни сбились комом.
Испуганно хлопая глазами, Настя диковато оглядела спальню, буквально пропитанную дурманным духом жженой полыни. Казалось, что травами пахло постельное белье и даже сбившиеся в комок волосы. Сквозь окно с распахнутыми занавесками было видно сизое, просветлевшее небо перед самым рассветом. В комнате царил грязноватый сумрак, отчего в прелестном лице ангела на стене проявились пугающие демонические черты.
Вдруг из-под закрытой двери в комнату, стелясь по полу, в комнату проник жиденький дымок. Изменившись в лице, хозяйка квартиры слетела с кровати и вот уже с панической мыслью о пожаре открывала дверь в коридор.
Вместо обжигающего горелого смрада и ядовитого запаха копоти в лицо ударило сладковатым ароматом горящих трав. Квартира оказалась погруженной в сизый туман, такой густой, что на расстоянии вытянутой руки терялась видимость. Совершенно дезориентированная Настасья в нерешительности замерла, а потом шагнула в беспросветный дым.
Спасаясь от горького запаха полыни, девушка натянула на нос край майки и едва не на ощупь принялась пробираться к окну. Из тумана, словно перенесшего Настю в другое измерение, неожиданно проявлялась мебель, безделушки. Подойдя к окну, певица попыталась повернуть ручку, чтобы открыть створку и хорошенько проветрить комнаты, но окно не поддалось. Пластиковая рама точно бы намертво склеилась с откосом. Нахмурившись, девушка повторила попытку и вдруг, словно сиганув с высоты, провалилась в совершенно другое пространство.
Она старается распахнуть окно с деревянной, прикипевшей от старости рамой.
— Открывайся же! — умоляет она, но открыть не выходит.
Она не оставляет попытки, продолжает дергать. Стекла звенят, но рама не поддается. На улице царит непролазная холодная темнота, куда так отчаянно хочется выбраться.
Наваждение резко схлынуло. Часто моргая, Настя пыталась осознать, где находится. Секунду назад она стояла в деревенском доме и пыталась распахнуть окно. От пугающего чувства безысходности до сих пор сжималось в груди. Теперь она вернулась в свою городскую квартиру, окутанную густым дымом. Короткий эпизод казался столь ярким, что девушка прочувствовала все оттенки цветов, даже резковатый запах чего-то горелого. Казалось, что Настасья пережила каждый миг… еще раз.
Это было воспоминание! От удивительного и понятного объяснения Настасья вдруг почувствовала слабость. Колени подогнулись. Девушка оперлась на пластиковый подоконник. Она поймала себя на совершенно глупой и неуместной мысли, что теперь-то сможет что-то занести в блокнот, который про себя окрестила «Книга прошлой жизни»…
Шокирующее ощущение чужого присутствия показалось таким болезненно острым, что тело парализовало. Кто-то стоял за спиной и пристальным взглядом буравил дыру между лопаток. Было страшно пошевелиться или вздохнуть. В квартиру проник чужак и прямо сейчас он следил за хозяйкой дома!
Перебарывая панику, девушка осторожно оглянулась через плечо. Всего в нескольких шагах виднелся скрытый дымовой завесой человеческий силуэт.
От страха Настя онемела. На глаза навернулись слезы. Она и сама не поняла, как сорвалась с места и, сломя голову, ринулась к входной двери. Не видя в густом тумане дальше собственного носа, беглянка налетела на стул, рухнула на колени, но секундой позже поднялась, не обращая внимания на острую боль в коленной чашечке.
Добравшись до выхода, девушка бесполезно подергала ручку. Замок оказался запертым изнутри! Неожиданно чувство слежки нахлынуло с новой силой. Не помня себя от страха, Настя обернулась. Человек находился в прихожей. В пахнущем травами тумане была видна его невысокая фигура.
Не сводя с пришельца затравленного взгляда, дрожащей рукой девушка со всей силы ударила по кнопке, открывавшей замок. Раздался длинный пронзительный писк. Щелкнул механизм запора, и, едва живая от ужаса, девушка вывалилась на тихую лестничную клетку. Захлопнув дверь, Настасья прижалась к ней спиной.