— Ты о Кире?
— Да. Я чувствую мертвых людей, но не эту женщину. — Андрей нахмурился и снова прислушался к своим внутренним ощущениям, а потом заключил: — Она как будто исчезла.
— Может это означать, что она отказывается идти на разговор? — забеспокоилась Настя. — Ведь убить призрак не может?
— Да, но он может подвести к убийственной неосторожности…
Доля правды в его словах была. Если припомнить, несчастья, случившиеся с певицей после комы, иначе как безрассудством не назовешь. Ведь убегать ночью из безопасного родительского дома было, по меньшей мере, глупо, да и на склад с красками вошел бы лишь аллергик-самоубийца.
— Я не специалист в ритуалах, но постараюсь что-то узнать и…
Андрей осекся на полуслове и, меняясь в лице, уставился на что-то за Настиным плечом. Девушка почувствовала, как от страха, на затылке зашевелились волосы. Она быстро оглянулась, но никого не обнаружила — только собственное отражение в зеркале посудного шкафа, видное сквозь ряды хрустальных бокалов. Однако в теплой комнате вдруг заметно похолодало, как будто кто-то открыл входную дверь.
— Она здесь? — догадалась Настя и с напряжением вцепилась в сумку на коленях. — Кира здесь?!
Колдун медленно кивнул, перевел взгляд на собеседницу и тихо произнес:
— Я не догадывался.
Вдруг на одну сумасшедшую минуту певице почудилось, что он обращался к невидимой гостье с того света, стоявшей за ее плечом.
Гостья выходила во двор в растрепанных чувствах. Молодой ведун пообещал заставить потустороннюю ненавистницу отступить. Настя искренне хотела верить, что уехавший из большого города колдун Андрей сможет починить ее жизнь.
ГЛАВА 12. КРОВАВЫЕ ШРАМЫ.
В кафе, где проходило интервью, царила располагающая уютная атмосфера. Пахло свежим хлебом. Стояли деревянные столики, накрытые льняными скатертями, и удобные стулья с высокими спинками. Играла негромкая музыка.
Несмотря на съемки, зал не закрывали для посетителей, и зеваки с любопытством следили за процессом. Перед Настей стояла большая кружка с остывшим чаем. С каждым новым вопросом у певицы все сильнее пересыхало во рту, но пить чай ей запретили, чтобы не испортить макияж. Нервничать не имело смысла — ведущая отличалась деликатными манерами, да и вопросы заранее согласовали с Катериной. Только вот… сама Катя так и не приехала на съемки.
Она без шуток разъярилась из-за романа младшей сестры с взрослым мужчиной и, похоже, решила проучить строптивицу. Звонить ей Настя не стала из гордости, но то и дело, по привычке, искала попечительницу растерянным взглядом среди незнакомых людей, сидящих в кафе. Она и не подозревала, какую уверенность вселяло в нее присутствие строгой наставницы, и теперь мучилась от необъяснимого предчувствия надвигавшейся, как снежная лавина, катастрофы.
— Анастасия, каково это быть «Нежной Соловушкой»?
— Это большая ответственность. — Настя знала, что изрекала абсолютную банальщину и вела себя неестественно, но шаблонные ответы ей прислала публицист из продюсерского центра.
— Вас узнают на улице?
Настя рассмеялась, моля бога, чтобы камера не выпятила, насколько фальшиво вела себя юная певица.
— Довольно часто.
Все еще улыбаясь, девушка украдкой бросила быстрый взгляд на настенные часы. Судя по времени, интервью подходило к концу.
Журналистка сверилась со списком вопросов в планшете, а потом отложила прибор. Она внимательно посмотрела на певицу и спросила:
— Каково это — очнуться от комы…
Собеседница прекрасно знала, что на теме болезни стояло табу. Настя открыла рот, чтобы закончить интервью, но собеседница добавила, не меняя любезную улыбку:
— … и ничего не помнить?
Насте показалось, что она ослышалась.
— Простите? — переспросила она, почти уверенная, что ловкая журналистка пытается манипулировать и на самом деле ничегошеньки не знает об амнезии. Если Настя запаникует и выпалит правду, то просто станет жертвой искусного блефа…
— Сегодня вышла статья, и теперь Интернет кипит, — изогнув брови, подсказала журналистка. Судя по всему, она удивилась неосведомленностью певицы.
— Ах, статья… — оторопело пробормотала Настя.
Все встало на свои места. Одного певица не понимала, кто и для чего рассказал газете о ее болезни? Неужели Катерина разозлилась настолько, что решила подпортить младшей сестре жизнь? В век технологий огромный мир превратился в крошечную деревню, где на одном конце человек громко чихнет, а другом конце сплетники скажут, будто он умер от чахотки. Любой слух распространялся со скоростью света и с той же стремительностью обрастал фантастическими подробностями. Главная героиня скандала не хотела думать, какими отвратительными комментариями наводнилось Интернет-пространство.