— И по какому случаю, ты решила напиться? — громко спросил он, включая свет в гостиной. Он поставил бутылку на журнальный столик.
— Мне дали авторскую колонку в газете, — донеслось из кухни. — Сделай вид, что обрадовался за меня!
— Я думал, что они поставили условие.
— Я предложила им кое-что получше. — Алина вернулась с бокалами. — Ты разве не читал утреннюю газету? Правда об Анастасии Соловей оказалась куда интереснее, чем какое-то там интервью. Кто бы мог подумать — амнезия! Источник не соврал.
Павлов замер.
— Ты не выглядишь удивленным, дорогой, — заметила женщина, в ее глазах вспыхнула догадка: — Так ты знал об ее амнезии с самого начала?
— Ты на машине? — невпопад спросил Ярослав, не желая терпеть в своем доме хищницу.
— Нет.
— Я вызову тебе такси. — Он достал из кармана мобильник.
— Не надо. — Алина скривила губы. — Я на машине.
Стараясь справиться с приступом раздражения, мужчина прикрыл глаза и сделал глубокий вдох. Как раньше он находил забавным просыпаться с ней в одной постели?
— Тогда тебе пора домой…
— Гонишь? — Она тряхнула волосами, вздернула подбородок.
Ярослав был уверен, что подруга, находясь выше банальных разборок с мужиками, не станет закатывать сцену, но он ошибался, как и во много другом. Несмотря на показной феминизм, Алина оставалась женщиной, обиженной за отставку.
— Мне дали отличную работу, потому что я ее заслужила! Ты бы на моем месте поступил точно так же! Мы одного поля ягоды, Павлов. Я знаю тебя, как облупленного: ты по головам ради своей карьеры пойдешь. Почему сейчас ты не хочешь меня поздравить? Я многого прошу? — выпалила она на одном дыхании.
Между бывшими любовниками возникло нехорошее молчание, как будто рассерженная гостья действительно ждала какого-то ответа на риторический вопрос. Заглянув в бесстрастное лицо противника, она зло хохотнула:
— Ну, конечно! Как я могла забыть! Мы же говорим о девчонке, от которой у тебя едет крыша! Разве не ты утверждал, что она ребенок?
— Настя не ребенок.
— Это в сравнении с тобой, Павлов?! — тонким высоким голосом воскликнула женщина.
Старясь сохранить самообладание, хозяин дома сухо вымолвил:
— Тебе лучше уехать. — Он кивнул на закрытую бутылку с вином: — Шампанское с собой забери — с сегодняшнего дня я завязал с алкоголем.
— Как скажешь. — Стараясь скрыть блеснувшие в глазах слезы, Алина опустила голову и дрожащими пальцами принялась застегивать плащ. — Ты же знаешь, что пожалеешь?
Ярослав ненавидел драмы, рыдания и крики до хрипоты. Он считал, что скандал уже достаточно подпортил идеальную карму его дома, но, очевидно, кому-то наверху — тому, кто обычно мстил за израненные чувства получивших отставку любовниц, показалось недостаточно накала страстей. По квартире разнесся переливчатый звук открываемого замка.
Выругавшись в голос, хозяин дома вышел в прихожую. Настя стояла на пороге. Она выглядела худенькой, бледной и очень усталой. Под глазами залегли тени, растрепанные волосы были собраны в неряшливый хвост. Девушка даже не взглянула на Ярослава — замерев, она изучала женские туфли с высокими каблуками, брошенные на полу.
Настасья глянула на хозяина дома, в глазах блеснул холодок, вызывавший желание удавиться.
— Ну, и сволочь же ты, Ярослав!
Она швырнула на пуфик газету со злосчастной заметкой авторства Алины.
— Ты же знаешь, что я не имею никакого отношения к статье, — рассердившись, процедил мужчина.
— Знаю, — согласилась Настя. — Я не о статье…
Ревнивица пулей вылетела на лестничную клетку и со злостью громыхнула железной дверью.
Прикрыв глаза, Павлов досчитал до десяти. Он не желал разбираться с женскими истериками! Никогда не оправдывался ни перед одной своей подругой и впредь подобным самоуничижительным вздором заниматься не собирался! Ярослав никогда не побежит за девчонкой, вообразившей Бог весть что, ради того, чтобы просто получить порцию ревнивого порицания.
— Проклятье! — Он рванул следом за разъяренной Настасьей и, выбравшись в подъезд, осознал, что забыл обуться. В три шага он преодолел расстояние, отделявшее его от беглянки. Раздраженно схватив девушку за локоть, Ярослав заставил ее остановиться.
— Оставь! — Она гневно блеснула потемневшими от злости глазищами и, вырвавшись из его рук, выпалила: — Надеюсь, сегодня она что-нибудь одела под плащ? Или ты пока не успел проверить?
— Настя, ты ведешь себя, как обиженная школьница! — не придумав ничего поумнее, отчитал девушку Ярослав и тут же понял, что выбрал неправильную тактику.— Школьница — ты сказал? — У Насти вырвался возмущенный смешок. — А знаешь, Ярослав, тебе совершенно не идет этот цвет помады.