— Настя, — произнес серьезный голос Артемия, — у тебя отключен телефон. Где ты? Снова прошу тебя связаться со мной! Катя попала в аварию, и нужно срочно забрать из полиции ее документы. Она в больнице уже сутки не приходит в сознание.
Кабинет в участке дорожной полиции, куда после аварии отправили вещи Катерины, был обставлен с редким аскетизмом. Стоял чистый стол с компьютерным монитором, в углу громоздился сейф, у стены — шкаф для папок с абсолютно пустыми полками. Через открытое окно в комнату залетал запах выхлопных газов, и проникал беспрерывный гул кольцевой дороги города.
Дожидаясь возвращения полицейского с документами, Кира сжимала в руках мобильный телефон, поставленный на беззвучный режим. То и дело экран вспыхивал, высвечивая номер Ярослава. Он звонил снова и снова.
Прощаться надо заранее, потому что, когда придет время, сложно запросто сказать короткое «прощай». Девушка ушла тихо, без крика и драмы. Но теперь она стискивала нервными пальцами аппарат, который тонкой невидимой нитью соединял Киру с мужчиной, влюбленным в маленькую Настю. Она бы многое отдала, чтобы Ярослав сейчас оказался рядом, но вместе с нею из больницы в участок приехал Артемий.
Видимо, продюсер, как и Кира, хотел сбежать от страшного зрелища: рыдающей матушки над больничной койкой старшей дочери, мертвенно бледной и опутанной трубками. Каждый всхлип убитой горем матери отдавался в груди Киры острой болью, словно точный выстрел в сердце. Страдания дорогих людей всегда доставляют большие мучения, чем свои собственные. Очевидно, то была расплата за присвоение чужой жизни — переболеть все трагедии, сужденные Насте, будто свои собственные.
— Ты в порядке? — для чего-то спросил продюсер, на секунду отвлекаясь от переписки в телефоне.
Со слабой улыбкой, выдавленной только ради вежливости, Кира кивнула. От разговора ее спас вошедший в кабинет полицейский, высокий плотный мужчина с хмурым лицом. С первой минуты он не пытался вести себя вежливо, говорил с недовольной интонацией, нетерпеливо, как будто приехавшая за документами родственница пострадавшей доставила массу хлопот именно ему.
— Держите, — без особых сантиментов полицейский шмякнул перед девушкой пакет с личными вещами пострадавшей в аварии и органайзер с паспортом. В глубине души Кира даже испытывала благодарность к мрачному человеку в форме за то, что он вызывал возмущение и тем самым отпугивал состояние подавленности. После подписания бумаг, они, наконец, убрались из маленького кабинета.
В растерянности Кира остановилась на пороге участка. Мимо проносились автомобили, задувал ветер, поднимались облака пыли.
— Теперь в больницу? — подсказал продюсер.
— Ага. — У девушки сел мобильник, и она не разобралась: испытывает радость или горькое разочарование, что больше не получит звонков от Ярослава.
Вместе с продюсером они уже успели отъехать от полицейских и набрать скорость, когда Кира залезла в пакет, чтобы проверить содержимое. Помимо визитницы, кошелька и какой-то мелочевки внутри лежала сломанная коробка от компакт-диска. Не подозревая ничего плохого, она вытащила находку и в первый момент не поверила собственным глазам.
На перепачканной кровью обложке была изображена Настя, поющая в микрофон, а поперек фотографии шел заголовок «Последняя песня Соловушки». Видимо, именно об этом диске шла речь, когда девушка впервые попала в офис продюсера. Наверное, в нем бы не нашлось ничего странного — порой названия песен вызывают недоумение у слушателей, но в уголке обложки притулился черный траурный треугольник и фраза мелкими буквами «Памяти погибшей Анастасии Соловей посвящается».
В голове вдруг стало пусто, а в ушах тоненько зазвенело. Медленно, словно во сне, Кира посмотрела на продюсера, впившегося темным взглядом в коробку из-под диска в дрожащих руках подопечной.
— И все-таки, ты записал этот диск до моей комы или после? — хриплым голосом вымолвила девушка, понимая, что лучше бы ей помалкивать. Она знала ответ и в действительности не хотела слышать подтверждения догадки, просто от страха не смогла прикусить язык.
— Настя, Настя… — покачал Артемий головой, точно бы сожалел о том, что пытался отправить на тот свет юную талантливую девчонку.
Он резко нажал на газ, заставляя автомобиль рвануть вперед, а потом вывернул руль. Не пристегнутую ремнем безопасности пассажирку швырнуло в сторону. Со всего маху она ударилась виском о стекло, и перед глазами потемнело…