Выбрать главу

— Тебе понравилось бы. Никто не отказывается от такого удовольствия…

— Хватит!— нетерпеливо остановила ее, выкинув руку перед собой.— Ничего больше не хочу об этом слышать.

— У тебя странная реакция. Разве у вас на Земле не учат доставлять удовольствие своей паре?

— М-м-м,— протянула и снова присела на край дивана,— ну… может быть… и учат… Но у нас это называется несколько иначе и совсем не норма жизни…

Школа гейш в прошлые века, наверное, единственное, что пришло на ум, как допустимая традиция, да и то, только в определенном культурном пространстве и на ограниченной территории.

Киэра поводила глазами вокруг и непонимающе пожала плечами.

— У нас это, скорее, самостоятельное обучение,— уточнила я.

Тонкие брови девушки взвились вверх, и она засмеялась:

— Но как этому можно обучиться самостоятельно?! Это же нелепость?

Скосив глаза к замысловатому блюду с фруктовым пирогом, ответила:

— Как-то можно…

Киэра улыбнулась, не разжимая губ. Стало ясно, что она не понимает моих убеждений, как и я не принимаю тэсанийских.

— Никак не возьму в толк, как происходят такие встречи?— спросила, не сдержав любопытства.— Нельзя же просто так взять и предлагать каждому понравившемуся мужчине или женщине проверку на совместимость наедине?

— О, это не проверка на совместимость, Кира. От таких встреч мы получаем массу удовольствия. Это обоюдный интерес. Женщины соглашаются на предложение мужчины прийти к нему в жилище.

— То есть мужчина приглашает женщину к себе, если хочет провести с ней ночь?

— Ночь?!

— Ну… это образное выражение,— смутилась я.— Заняться сексом.

— Ах, у нас это называют просто — приглашением в жилище. Да. Мужчина делает такое предложение, а женщина соглашается либо отказывает. Но обычно соглашается, потому что мужчина не сделает такого предложения, если не замечает за женщиной знаков к этому.

Я вспомнила взгляд Грэйна в медкорпусе, перед тем как меня скрутило, и многие другие до этого… Взгляд Марка… И стало жутко любопытно: дала ли я им повод подумать о таком предложении?

— Даже если на один раз?— зачем-то спросила я.

— Разумеется, если ему понравится, то он пригласит снова.

Я не очень обрадовалась ответу. Но сама виновата: зачем задавать вопрос, на который боишься получить ответ. И все же снова спросила:

— А если он не пригласит, сама ты к нему уже не можешь прийти?

Киэра согласно покачала головой, заняв рот овощной запеканкой.

— И такое поведение не вызовет осуждения?

— Нет. Мужчина и женщина не станут проявлять в обществе знаков внимания, говорящие, что они близки.

— Как же тогда понимать то, что мужчина приглашает женщину к себе, когда-то же она все равно должна выйти из его жилища, и это могут увидеть многие, например соседи. Кто-то даже окажется знакомым с ней. И все поймут, чем она там занималась.

— Во-первых, это никто не будет это обсуждать. Все правила были соблюдены. Во-вторых, это может оказаться мастер, исполняющий какие-либо услуги. Например, я — мастер дизайна и могу входить в любое жилище и к мужчине, и к женщине. Райэл и Гиэ входят к тебе как к своей подопечной. Но никто из них не приглашал тебя к себе.

— Ничего не понимаю. Но тебя же как-то должны пригласить? Откуда ты поймешь, что тебя приглашают не как женщину?

— Для этого у меня есть официальное приглашение через Департамент услуг. Даже если мне самой нужно дополнительно осмотреть жилище, я подаю заявку, и мне приходит ответ.

— А устно — не вариант? Просто сказать, что хотят пригласить тебя как дизайнера?

— Могут,— кивнула Киэра, накалывая на вилку зеленый овощ, нарезанный тонкой соломкой.

— Ну и?— я нетерпеливо поерзала на месте.

— Слова должны быть точными,— коротко проговорила она, вынимая изо рта вилку.

— Да, но тогда и про секс можно говорить прямо, а не вуалировать,— буркнула недоуменно.

— Но мы не говорим об интимных вещах вслух. Только наедине или когда нет риска быть услышанным,— ответила Киэра удивленным тоном, будто объясняла что-то, очевидное даже для младенца.

— Твои рассказы, рассказы Гиэ — все перепуталось… Можно сколько угодно встречаться с мужчинами, при этом не вызвать осуждения. Почему же тогда так строго относятся к проявлению чувств в обществе, если уже и так понятно, что они проявляют чувства, но за закрытой дверью.