-Постойте! – Хрипло отозвался он. – Я не хотел напугать вас.
Селин остановилась и обернулась. – Что вам угодно? – Вот уж кого она меньше всего хотела видеть. Она ускользнула от толпы, чтобы хоть немного прийти в себя и побыть в одиночестве.
-Что вы делаете здесь одна? – Мягко спросил он.
- Думаю, что и Ваша Светлость. Прячусь. – Ответила девушка.
-От кого же мне прятаться? – Медленно он подходил все ближе.
-Моя сестра открыла на вас охоту, милорд. – Селин, завороженная происходящим, замерла на месте. Какой же странной властью обладает над ней этот человек.
-Мне не нужна ваша сестра, Селин. Мне нужны вы. – Он заключил ее в объятия и впился поцелуем в губы. Несколько долгих мгновений Селин стояла неподвижно, упиваясь новыми для себя ощущениями и эмоциями. Но все же резко отстранилась.
-Вы в своем уме? Как вы смеете? – Девушка отпустила ему звонкую пощечину, но герцог лишь сильнее сомкнул объятия.
-Пусть так. Я заслужил это. Послушай меня, Селин! Еще не поздно уехать. К черту все! Я увезу тебя далеко, где нас никто не знает и не осудит.
-Вы бредите, герцог! Да отпустите же меня! – Она рвалась из его рук. – Вы не в себе! Простите! – Селин ударила его коленом в пах и его руки, наконец, разомкнулись. – Что с вами? – В ее голосе насмешка и холод. – А как же честь? Позор и прочая ерунда, которую вы так высокомерно и высокопарно рассказывали мне вчера? Теперь я говорю вам о чести и позоре. Как вы смеете предлагать мне, замужней даме, бросить богом данного мне мужа и бежать с вами? Где ваша честь? Где напыщенная гордость? Как вы говорили вчера? Сделаете мне подарок, сохранив мой секрет? Теперь мы квиты. Я сохраню ваш. – Она повернулась и бросилась к дому.
-Госпожа! – Бросилась к ней служанка, едва Селин вбежала в свою комнату, минуя зал и гостей. – Бог мой! На вас лица нет!
-Что? – Выдохнула Селин. – Дай мне минуту времени, чтобы прийти в себя! Он просто скотина! Напыщенное, самодовольное животное!
-Пора, госпожа! Я и ваша мать должны сопровождать вас в опочивальню. Там вы будете ждать мужа. Идемте же. Ваша мать сходит с ума от беспокойства.
-К чему бы это? – Селин запретила себе думать о том, что с нею только что произошло и о том, что с нею будет.
-Она ваша мать. – Мари повела Селин в другое крыло дома под веселое улюлюканье и тосты гостей. – Какая бы она ни была. – Добавила Мари тише.
Когда Мари ввела в спальню Селин, Маргарет уже была в комнате и что-то искала.
-Ты что-то ищешь, мама? – С горечью спросила Селин.
-Нет-нет дорогая! – Мегги с притворной улыбкой поцеловала дочь в лоб. – Я пришла благословить тебя. Прими свою судьбу достойно леди. Ты должна подчиниться мужу, как бы ни больно и неприятно тебе было. Жена обязана выполнять супружеский долг и вскорости понести. Граф надеется на то, что ты родишь ему сына. Хотя, едва ли он еще хоть на что-то способен. – Добавила она уже от двери. – Спокойной тебе ночи, дорогая.
Мари помогла своей хозяйке раздеться и лечь в кровать. – Сейчас я принесу вам теплого вина, моя госпожа. Это поможет согреться.
-Не уходи, Мари! Пожалуйста! – Селин, укрытая до подбородка, со слезами смотрела на служанку.
-Все хорошо, моя госпожа. Я буду рядом. Ничего не бойтесь. – У Мари сердце разрывалось от жалости. Если бы она могла помочь, то сделала бы что угодно, лишь бы Селин была счастлива. – Я буду рядом. – Повторила она и тихо закрыла за собой дверь.
Селин успела провалиться в сон, когда на нее навалилось что-то огромное, придавило к кровати и принялось рвать на ней рубашку. Она закричала от испуга, прежде, чем поняла, что терзающее ее тело чудовище, ее муж.
-Пожалуйста, не надо! – Умоляла она. Но пьяный мужчина, утробно рыча, продолжал рвать тонкое полотно ночной рубашки, причиняя ей боль и терзая тело, пытаясь развести сомкнутые колени. Она снова вскрикнула от боли, когда он укусил ее за обнажившуюся грудь и нащупав на прикроватном столике кувшин с водой, обрушила его на голову мужчины. Тот охнул и придавил девушку своим телом.
-Мари! – Придушенная телом мужа, Селин никак не могла выбраться. – Мари! Помоги мне! – Горничная вбежала в комнату и всплеснула руками. – О, Господь мой небесный! – Она освободила Селин и та, испуганно отскочила к окну. – Мари, я убила его? Убила?
- Тише, госпожа. Не шумите. – Мари дотронулась до шеи графа. – Жив. Дышит. Все хорошо.
-Что хорошо, Мари! Я едва не убила своего мужа! Что теперь будет! – Селин со страхом смотрела на тело среди мокрых простыней.
-Ничего не будет. Если мы все сделаем по уму. Вы тут оставайтесь, я сейчас вернусь. – Мари накинула на плечи девушки одеяло и вышла. А Селин, дрожа, словно осиновый лист, сжалась в кресле. Она уже жалела, что не приняла предложение герцога и не сбежала с ним. Может быть, еще не поздно? Может, рассказать ему все? Он найдет способ защитить ее. Девушка принялась лихорадочно одеваться, и накинув темный плащ своей служанки выбежала из комнаты. До его шатра она добралась в считанные минуты. Откинув полог и собираясь произнести его имя, она застыла на пороге, пораженная и не в силах произнести ни слова. На ковре двое занимались любовью. Селин не в силах отвести глаз от бронзового мускулистого тела, под которым извивается и матово блестит в свете едва теплящегося огня мраморное тело женщины. Она словно плющ, обвивает ногами бронзовые бедра партнера. Эта женщина стонет не от боли, она стонет от наслаждения, что дарит ей этот мужчина. Она запрокидывает голову на ладонях партнера, и Селин невольно вскрикивает, узнав в ней Мегги. Но женщина ее не слышит, она отдается целиком и полностью, растворяется в своем партнере. Ее слышит мужчина. Отбросив темные длинные волосы, он поворачивается к пологу, но видит только мелькнувшую тень, да озаренную бликом огня прядь волос, цвета красного вина, когда бокал пронзает солнечный свет.