Да твою ж мать, можно отстать от меня? Я растягиваю аффектативную улыбку и, кажется, это помогает. Катя начинает чего-то рассказывать, я стараюсь смеяться, когда это уместно. Так и проходит четвертая пара, под конец которой я уже ржу, как конь, но не из-за того, что мне смешно, а… да сама не понимаю, почему меня пробивает сардонический хохот. Катя и Яна (еще одна одногруппница) тоже перегибаются со смеху, а я снова обрела статус «забавной веселой девчонки».
Как же мерзко на улице: влажно, пасмурно и темно. Я иду в общагу, стараюсь растянуть эту прогулку, подольше побыть одной. Прохожие постоянно пялятся на меня, я что, картина? Вроде уже осматривала себя в зеркало, думала, вдруг лицо грязное или еще что-то, но нет. Видно я такая уродина. Хотя пошли все в задницу, это они уроды, а на меня смотрят, потому что я им понравилась. «Утешай себя, давай» – говорит кто-то в голове. «Иди в зад» – отвечаю я этому голосу. Встретить бы хоть раз Александра Николаевича на улице, неожиданно. Но, как же, мир обрушится, если такое вдруг произойдет!
***
Прошло пятнадцать минут от пары, а его все нет. Александр Николаевич работает не только в нашем колледже, но и в каком-то еще университете, поэтому он довольно часто отменяет занятия или опаздывает. Все радуются в такие дни. Какой студент не мечтает об отмене пары? Аха-ха. Я! Я каждый раз вновь умираю, когда староста объявляет нам, что Его пары не будет. Лишь бы в этот раз он пришел. Александр Николаевич, мы не видели Вас полторы недели, придите уже!
– Хоть бы он не пришел, – обращается ко мне Юля.
– Ага, – выговариваю я, а сама готова придушить Чернышёву.
Соседка по парте начинает втягивать меня в диалог, совершенно бесполезный, но я нехотя отвечаю, лишь бы перестать дрожать от ожидания. Я каждой клеточкой тела жду, что на пороге аудитории появится мой любимый преподаватель. Проходит еще около десяти минут, и вялую болтовню группы разбавляет громкий голос Яны:
– Здравствуйте, Александр Николаевич!
Я машинально смотрю на дверь, преподаватель входит в аудиторию и здоровается со всеми, а я с радостным облегчением выдыхаю. Он пришел. По моему лицу расплывается улыбка чеширского кота после соития.
– Все, можете идти, – лекция закончилась, и Александр Николаевич начинает собираться. «Боже мой, Лера сделай что-нибудь» – в голове как всегда кто-то говорит, но что я могу сделать? Подойти к преподавателю у всех на виду и сказать, что люблю его? Бред. Полный бред. Я, как всегда, в числе последних собираю сумку (лишь бы еще насладиться его обществом) и начинаю идти к выходу. Саша Семихвостов надоедает Александру Николаевичу (он это умеет), а я бросаю последний взгляд и удаляюсь в коридор. На пару секунд мне показалось, что преподаватель меня заметил. Я таю от его взгляда, лепечу «До свиданья» и скрываюсь из вида.
Я прихожу в себя, когда поднимаюсь по лестнице к своей комнате. Последнюю половину пути я «проспала». Тело автоматически шло по улице, а я была там…месяцев десять назад на паре теории управления. Кажется, будто это было только что, так реально, что я до сих пор дрожу, как и всегда, находясь рядом с Ним.
Не застав никого из девчонок в комнате, я отправляюсь на кухню в поисках чего-нибудь съедобного. Пять разнополых человек о чем-то оживленно беседуют, одна из которых Полина. Конечно же, я их всех знаю, но общаемся мы мало, поэтому я лишь бросаю фразу «Привет всем» и подхожу к холодильнику. Мой обед (или ужин) составляет бутерброд с сыром и колбасой; с утра я лишь выпила кофе, а сейчас уже начало шестого, поэтому в животе неприятно тянет. У меня совершенно нет желания готовить сейчас еду, хотя продуктов, на удивление, в холодильнике много. Я вспоминаю, что перед вечеринкой мы ходили в магазин.
Закинув в себя бутерброд, я возвращаюсь в комнату и захожу «В контакт». Одно сообщение. Я напряглась в приятном ожидании, мне почти никто не пишет, это должно быть Александр Николаевич. Это он, должно быть он вспомнил про меня! Трясущимися и влажными от пота руками, я открываю сообщения и вижу лишь сообщение от Димы, который отмечал с нами мою татуировку.
Дима Серов (16:25)
«Привет :) Что делаешь сегодня вечером?»
О-ох. И какого черта ему надо? Я уже собираюсь написать какой-нибудь эвфемизм к слову «Отвали», но за моей спиной оказывается Царёва и вопит:
– Лерка, кажется на тебя запал Серов! – и вскидывает брови, будто мы уже давно влюбленная парочка.
– Воу, воу это его проблемы, – пытаюсь шутить я.
– В смысле? Ты собираешься отказаться?
– Именно, – я улыбаюсь, как будто я та зебра из «Мадагаскара».
– Лер, ты чего, ты должна согласиться! Дай ему шанс! – Поля в недоумении.