Лезвие скользнуло ещё ниже, разрезая кожу на её нежных белоснежных бёдрах, вся простыня стала мокрая, остриё прошло по её животу, оставляя подобие красной улыбки. В этот самый момент девушке удалось освободить руку от верёвок, и, мелькнув в свете луны, ножницы воткнулись в глаз изверга, затем в горло, удары наносились один за другим, запах смерти встал в комнате, а Дина не могла остановиться. Скинув с себя бездыханное тело и до конца освободившись от верёвок, она уселась на него и втыкала в него ножницы до тех пор, пока кровь не перестала вытекать из его ран. Разорвав покрывало, которое валялось на полу всё это время, она перевязала как могла свои раны.
Медленно приоткрыв дверь, она выглянула в коридор, было тихо, полумрак, из другого конца этажа послышался крик, но на него никто не откликнулся, мало ли о чём психи кричат по ночам. Вернувшись назад, обыскав халат санитара, она нашла связку ключей, благодаря им она сможет выбраться, она уверена. Сняла с него обувь, ему-то она больше не нужна, а ей очень пригодится, чтобы добраться до дома, Джон же не знает, что с ней тут делают и, скорее всего, даже не думает о таком, он просто увидит её, и всё будет хорошо, он не отправил бы её сюда. Долго идя по коридорам между палат, она вздрагивала от каждого шороха, надо было спуститься на этаж, там был выход, который вёл на аллею, затем тропинки упирались в лес, пусть и был там забор, но не через главный же вход ей идти.
Спустившись и тихо пройдя между комнат персонала, она подошла к заветной двери, достала связку ключей и стала подбирать нужный, она старалась не торопиться, так как от страха у неё тряслись руки и связка издавала едва слышный звон, но, если его услышат, ей несдобровать. Мелькнул свет, кто-то вышел и медленно шёл в её сторону, ключи отсеивались один за другим в руках, но она успеет проверить ещё два, иначе её схватят, а их ещё около восьми осталось в связке. Ещё один ключ не подошёл. Последняя попытка. Шаги приближаются и буквально через минуту окажутся за её спиной. Схватив самый небольшой, она в надежде воткнула его в замочную скважину, попробовала повернуть, лёгкий щелчок — и дверь поддалась. Выскользнув, она прижалась к ней, шаги прошли мимо, и, вздохнув с облегчением, Дина медленно пошла через тропинки по аллее, бежать она не могла из-за ран, а через три часа начнётся осмотр, найдут труп и пустятся за ней в погоню.
Ей нужно было как-то перебраться через высокий забор, старинный, кованый, он словно преграждал ей путь к нормальной жизни, темнея у леса. Добравшись до него, она стала идти вдоль забора подальше от выхода, одной рукой проводя по нему, пытаясь понять, где выбраться. И вдруг рука проскользнула. Дина увидела темноту леса и поняла, что может выбраться здесь, осторожно, боком, но может. Она медленно перенесла ногу на другую сторону забора, затем плечо, с грудью было б посложнее, но, заранее об этом подумав, она оставила раненую грудь напоследок, проще будет, развернувшись, безболезненно оказаться в лесу. Выбравшись, она двинулась в сторону леса, она понимала, что идти к дороге нет смысла, сразу приедет полиция, она не понимала, где она и как отсюда добраться домой, да и с такими ранами добраться будет очень сложно. Дина шла, запинаясь об ветки, обессиленная, уставшая, до самого рассвета. Когда силы уже покинули её, прислонившись спиной к большому дереву, она провалилась в сон.
Глава 3
Джон только вернулся с очередной вечеринки, сидел в кресле и попивал виски, часть ночи он провёл в квартире любовницы в надежде забыться в её объятьях, но, как обычно, не помогло. Он злился на свою жену, лишь через полгода он сможет разорвать с ней брак, и она останется одна в той клинике, куда он её запрятал. Все жалеют его, даже её родители не захотели ни разу её навестить там, а ему там и вовсе делать нечего. Порой он звонит и узнаёт, как она там, и каждый раз оказывается, что всё по-прежнему, а ему уже порядком это надоело, ему, чего уж там скрывать, хочется услышать, что она мертва и он свободен и волен делать всё что вздумается. Любовница вечно твердит, что хочет свадьбы и жить вместе, но в этот дом он не желает её пускать, а если его продать сейчас, то половину денег придётся отдать на пожизненное лечение сумасшедшей. Он допил бутылку и пошёл в постель, такую неуютную и холодную, залез под одеяло и заснул. Разбудил его телефонный звонок.