— Не надо меня успокаивать! Что вы делаете? Мне кто-нибудь объяснит, что происходит?
Реиг и Дэйр переглянулись.
— Чего вы молчите?
Теперь мне стало еще страшнее. Да лучше бы я тогда упала сразу в чертову пропасть, не терпела бы сейчас такие муки! Дэйр присел на корточки передо мной и начал успокаивать меня. А Реиг нервно что-то тихо говорил сам себе, потрепывая свою черную кудрявую бороду.
— Леяна, ваша рука...она растет!
— Вы сейчас серьезно? Я и так вижу, что она растет! Что со мной будет? Скажите мне?
— К сожалению, я не могу понять, что именно с вами сейчас происходит, но могу заверить, что для жизни риска нет.
— Вы шутите? У меня рука в чешуе заросла! Это, по-вашему, нормально?
— Успокойтесь, все будет хорошо.
Не могу же я смириться с тем, что у меня на правой руке творится. Грубая кожа с мелкой чешуей не проходила. Неужели это навсегда? Что теперь делать? Как жить дальше? За что? Мне помогли встать и увели в дом. Я не могла смотреть даже в ту сторону. Вскоре получилось немного пошевелить ею, потому как рука постепенно приходила в чувство, но жуткий вид продолжал пугать. Я не могла больше ни о чем думать.
Вечером все-таки решилась взглянуть на свою руку. Сжимая почерневшие пальцы, я судорожно поворачивала ею из стороны в сторону. Боль после отвара больше не тревожила. Только вид. Я монстр? Я какой-то экспериментальный объект, который используют для опытов? Кто же я на самом деле? Когда же узнаю ответ? Понимаю еще то, что меня теперь испугаются люди. Я не смогу нормально жить. Как раньше уже не будет никогда. Я не смогу вернуться в прежнюю жизнь. Без какого-либо желания, с тяжелым сердцем, сижу у стола и, не моргая, смотрю на руку. Напала тяжкая грусть. Придется смириться и остаться тут в лесу, чтобы меня никто не видел. Я уже хотела сбежать и спрятаться ото всех. Будь, что будет. Раз уж вылечить это невозможно. Я успокоилась, перестала нервничать. Зашел Дэйр с улицы и принес мне очередной отвар. Я отказывалась его пить. Но он меня уговаривал, стараясь хоть как-то поддержать и утешить. Сейчас врятли ему это удастся. Я в таком состоянии, что совершенно противно жить, как и раньше, и кого-либо слушать не хочу тем более. Не будет так. Пока у меня на душе скребут кошки, не успокоюсь, как бы он ни старался.
Спустя неделю, я начала уже находить общий язык с Реигом, ведь жить пришлось пока тут. Тем временем брала некие обязанности на себя. По теме готовки, уборки. Еще я ходила за травами с книгой, которую он мне дал, чтобы изучить растения детальнее, чтобы легче было найти нужные. Только как всегда безуспешно. Так тяжело найти то, что нужно, не зная местности. В очередной раз я собралась искать растения для зелья, которое сегодня хотел делать Реиг. Повесив небольшую корзинку из соломы себе на страшную безобразную руку, побрела в лес. Дэйра с собой звать не стала, так как хотела побыть одна и все обдумать. Пусть пока с другом поболтает. Раскрыла книгу на страницах с закладкой и стала присматриваться на первую картинку с растением. Погодите, так это ромашка! Кто же не знает ромашку? Но вот одна проблема: где я ее тут найду? И откуда вообще они тут взялись, в другом-то мире? Ладно, двигаем дальше. Тааак. А это что такое? Растение похоже на тысячелистник, но вовсе не он. И название такое странное. Соргус. Выискивая глазами его местонахождение, я за одно вдыхала свежий воздух, смотрела по сторонам и просто получала удовольствие от прогулки. Провела в лесу таким образом около 5 часов. Уже похолодало. Найти так ничего и не вышло. Зря время потеряла. Даже ромашку, и ту не смогла. Нужно идти дальше в лес, наверное, чтобы все отыскать. Пора возвращаться домой, но мне так хотелось побыть здесь еще. Рейг меня научил медитировать немножко, читать на местном языке. А когда увидела среди деревьев небольшой лужок, покрытый молодой травой и освещенный тонкими лучами Регона, я направилась сразу туда. Как раз подходящее место для размышлений. Задрала голову вверх и увидела бушующий ветер в листве на кронах, находящихся, казалось бы, у самого неба. Они будто задевали макушками облака. Сквозь них пробивались лучи и всюду сверкали переливами бриллиантов, соприкасаясь с каждой каплей росы. Я легла на траву, поставив корзину рядом, запрокинула волосы над головой и без всяких мыслей закрыла глаза. Я уже и забыла обо всем. Обо всех проблемах. О времени, которого постоянно мне раньше не хватало. И даже рука меня не беспокоила больше. Радуясь теплоте и звукам леса, я лежала так долго, что не заметила, как стемнело. Вот даже уснула ненадолго. Не сказать бы, что совсем ничего не видно, но прилично для того, чтобы испугаться даже своей собственной тени. Мне в этот момент вспомнилась встреча с Дэйром. Только лишь теперь мне хотелось обсуждать такое не со страхом, а с радостью и, пусть даже он напугал меня тогда, потаскал за ноги. И с птицей своей напугал меня сильно. Да. Конечно, теперь все кажется смешным. А тогда совсем не до смеха было. А поцелуй. Я постоянно теперь вспоминать буду об этом с улыбкой. Кто ж знал, что все так получится в итоге? Теперь понимаю причину, почему я стала такой. Что моя рука превратилась в нечто — моя вина. Возможно, мне суждено быть той, кем я сейчас являюсь. Знаю, люди могут не принять меня такую, но стоит попытаться что-то сделать ради них, как и обещала. Нога уже почти зажила. Рана была глубокая и почти во всю длину от колена до лодыжки. Как же так я могла пораниться, что не заметила и не ощутила ничего? Может от шока, конечно. Ведь состояние мое было совершенно убитое. Я поднялась и аккуратно нагнулась за корзинкой. Мой взгляд устремился вперед. Там, среди деревьев в темноте, что-то шебуршало, и вырисовывался моими фантазиями силуэт, похожий на человека. Я узнала в нем свою маму. Она стояла молча. Почему-то такое чувство, что там именно она. Сердце чует родное. Оставив корзину на том же месте, я со слезами помчалась навстречу к ней, но, когда приблизилась, силуэт резко ускользнул в сторону и появился снова вдалеке.