Арка I. Замок графа: Глава 1. Предыстория
За десять лет до…
Марианн смотрела, как под структурами и схемами, в точном сплетении формул и энергии, медленно прорастает зернышко, всё быстрее набирая рост. Дерево буквально на глазах вытягивало ветки. Его кора твердела, а корни вспахивали землю. Вскоре росток достиг макушки женщины и продолжил тянуться вверх. Марианн, как и другие находящиеся вокруг люди и кристаллы записи, фиксировала каждую мельчайшую деталь. И если другие удивлялись происходящему волшебству, то она лишь счастливо улыбалась, наблюдая как исправно ложатся схемы. Учёная знала каждую формулу, каждый знак и точку в том, как растет эта яблоня. Словно программа, запускающая в недрах компьютера обычную игру, её заклинание запускало «чудо».
Вот на узловатых ветках пробились первые бутоны, которые мгновениями позже превратились в плоды. Марианн вскинула руку, подавая знак помощникам, и те кинулись прямо под ветки, ставя ровными рядками корзины для фруктов. Секунда, другая, и о плетённое дно стукнулось первое, тяжёлое и наливное яблоко. А затем начался фруктовый дождь.
Это был успех.
Марианн развернулась и направилась к выходу из-под стеклянного купола. Всё её существо переполняло чувство, которое сложно было описать. Она была счастлива, да. В груди было тепло и казалось, что куда бы она сейчас не пошла, какую бы цель не выбрала, она добьётся всего. Впервые за долгие годы её труды, стремления, почти на грани безумия планы и цели свершились. Она создала схему, которая ускоряла естественные процессы регенерации и роста за счёт магической энергии, а не внутренних резервов. И годилась она не только для взращивания фруктов. Хотя эксперименты на людях проводить пока не разрешили, Марианн знала, что с помощью этой схемы можно восстанавливать конечности и исцелить многие, очень многие раны.
Когда стеклянные створки разъехались, частная территория исследовательского центра встретила её ярким солнцем. Женщина подставила лицо под тёплые лучи и достала из кармана пачку сигарет.
— Ну и чем займёшься дальше, Гротэр? — она даже вздрогнула от глухого, немного сиплого голоса, так как погрузившись в себя, не заметила вышедшего следом за неё коллегу. — Не хочешь взять отпуск? Или, например, вступить в преподавательский состав… Университет магии все ещё держит для тебя место.
Седовласый и грузный, её бывший декан внушал уважение. Именно к нему она приходила в редкие моменты, когда заходила в тупик и именно его имя внесла в строчку соавторства в патенте схемы жизни.
— Мэтр… — она почтительно кивнула и, закурив, протянула пачку Дорэю.
— Не курю, Гротэр, и тебе не советую, — привычка профессора обращаться к ней по фамилии сохранилась ещё со студенческих лет. Тогда декан часто ругал её за все возможные эксперименты, многие из которых заканчивались взрывами. Сейчас же он только поощрял исследовательский пыл.
— Я не заставляю, — женщина пожала плечами и отвернулась. Было по-весеннему тепло, не смотря на холодный ветер. И Марианн грелась, понимая, что очень давно так не наслаждалась обычным светом.
— Ты опять игнорируешь мой вопрос, — осуждающе покачал головой Дорэй. Он снова и снова пытался затащить Гротэр назад в университетские стены ровно с тех пор, как она досрочно покинула их с докторской степенью в багаже. Марианн скривилась.
— Я же столько раз говорила, что не хочу преподавать. Не могу разжёвывать для сопливых цыплят то, что понимаю автоматически.
— Ну-ну, — декан успокаивающе похлопал её по спине. — Я же не про то, Мари. Меня интригует какая же гениальная мысль посетит тебя в этот раз.
У неё не было ответа на этот вопрос. Она молчала, потому что не знала. Идеи и озарения в ней были чисто творческими субстанциями. Они вспыхивали, либо угасая, либо приживались настолько, что Гротэр жизнь в них вкладывала, не то что душу.
На создание схемы жизни она решилась внезапно, когда однажды утром, проснувшись, долго смотрела на спущенные с кровати ноги: одну металлическую, другую тёплую, родную. Она вдруг представила, как будет ходить, не хромая, не протаскивая протез по дуге, как станет легка её походка и в какие места она тогда сможет пролазить без всякого усилия.
Да, протез она носила один из лучших, но отныне у неё вновь будут обе её ноги. Никаких следов аварии. И новый долг магии, так бережно сохраняющей ей жизнь.