– Я не планирую никакой свадьбы, – устало вздохнула майстерин Гаусс. Они с Эрсином до сих не поговорили о чувствах, так и не разобрались, кто они друг для друга и кем хотели бы быть – просто близкими друзьями? возлюбленными? кем-то ещё? Иррационально, но алая майстерин не знала, какой именно ответ ей бы понравился, а потому никак не могла решиться на эту беседу.
– А зря! – не ведая о мыслях и сомнениях подруги, уцепилась за её слова Ут-Кызы, звякнув украшениями, – Ты только представь, сенлем: вот сделает твой адмирал тебе предложение, ты согласишься и даже соединишь с ним судьбу перед лицом Творца… это обязательно, иначе адмирал ни на какой разврат с тобой не согласится, насколько я могу понять эту своеобразную мрачную личность. Вечер, супружеская спальня, одежда и даже твоя теперь уже фиолетовая повязка на глаза сброшены, он начинает тебя целовать, а ты лежишь и думаешь «Эхо моё, эхо…»
Рубидия закатила глаза, но утопила тяжёлый вздох в аромате и вкусе мятно-пряного юлчыларского чая. Непристойные шутки с примесью богохульства всё-таки считались прерогативой друидов, а не университетских магов, и в устах основательницы Фиолетовой коллегии подобное звучало слишком уж эпатажно. Даже несмотря на то, что эта основательница планировала остаться прежней эксцентричной Тидесбалой.
– Майстерин Тидесбала, вы уверены, что хотите носить фиолетовую повязку, а не зелёную? – подчёркнуто строго поинтересовалась Рубидия. – И ты зря считаешь Эрсина мрачным, сенлем.
– Ну, пока что в нашем недолгом общении не случилось ничего, что убедило бы меня в обратном, – фыркнула в ответ Ут-Кызы, – Слова лишнего этот твой адмирал не скажет, в лицо не смотрит… впрочем, какое мне дело? Это же твой адмирал, не мой. Лучше расскажи, как наш верховный майстер отреагировал на новую коллегию. Долго, наверное, думал, отпускать ли тебя…
– Это едва ли. Наши майстеры все подписи и решения выдали быстро.
– Жаль… – разочарованно протянула юлчы, и колокольчики в её причёске нестройно зазвенели. Надеялась, видно, что за них с Рубидией будут бороться и не дадут просто так уйти, особенно в другую коллегию.
– Почему же? Это взаимовыгодный шаг: они избавляются от майстерин, у которых не все чашечки в шкафу, и укрепляют межколлегиальные связи, а мы получаем возможность спокойно работать в своей тематике. Все довольны, зачем упираться?
– Ну… – задумалась Тидесбала, – Если так, то ладно. Хотя я бы предпочла бы более эффектный уход. Да и ты ведь умеешь…
Рубидия в долгу не осталась и с совершенно серьёзным лицом стала доказывать, что и так ушла слишком громко и открыто, что надо было тайком, в ночи и опять в образе юлчы. «Только на этот раз не в украшениях достойнейшей эни, а в платке! Чтобы меня точно не раскрыли!» – добавила она под конец, и Ут-Кызы уткнулась в пиалку, безуспешно пытаясь не засмеяться, но не выдержала и расхохоталась так, что чуть не разлила чай. И так приятно было просто сидеть вместе, нелепо шутить самой и смеяться в ответ под звон юлчыларских колокольчиков, что вечная тревога и ответственность за близких и подопечных отступали, и думать ни о каких возможных сложностях не хотелось совершенно. Да, впереди долгий путь, но они справятся, иначе и быть не может.
И даже через пару часов, распрощавшись с Ут-Кызы, Рубидия продолжала чувствовать воодушевление, столь же приятное, как и юлчыларский чай, заваренный руками подруги. Сбор бумаг в университете не смог испортить майстерин настроение, и за день она существенно продвинулась в деле борьбы против бюрократии. Наверное, её дотошность оценил бы Эрсин, с которым ей тоже хотелось поделиться радостной вестью. Хорошо, что о встрече они договорились заранее, и ближе к вечеру Рубидия сдала хотя бы часть документов, а потому наконец могла отправиться к адмиралу Илаи на авиарскую базу. И пусть последние пару лет майстерин почти не занималась авиарскими крыльями лично, её пропуск до сих пор действовал.
Дорога до Эллароса занимала несколько часов пешком, и чтобы не опоздать на встречу с Эрсином, Рубидия вызвала такси. Пока за стеклом мелькали скалы, а машина поднималась в горы по серпантину, майстерин Гаусс думала о том, какие странные и крутые повороты раз за разом подбрасывала ей жизнь. И всё-таки приходилось двигаться вперёд, петлять, искать обходные пути, но никогда не сдаваться. Да, не всегда сделать то, что должно, получалось вовремя – иногда не хватало сил, иногда ума, а иногда и решимости. Да, ошибалась Рубидия слишком часто, переоценивала пустяки, а важные вещи откладывала до лучших времён, но ведь никогда не сдавалась окончательно. Ведь так?..