Ночевать у Тидесбалы, несмотря на всё её радушие и предложение остаться на ночь, заняв гостевой диван – похоже, традиции юлчылар, связанные с приёмом даже незванных гостей и отношением к ним, отличались непривычными для деймарцев щедростью и теплотой, – Рубидия вежливо отказалась. Она предпочла вызвать такси, и с тайным сожалением нырнула в мокрую темноту ночи, пропахшую странными цветами и прелой листвой. На обратном пути живая изгородь пропустила её без помех, и только старые царапины на лице до сих пор саднили напоминанием о том, что юлчыларская растительность куда опасней и загадочней, чем кажется на первый взгляд. После тёплого дома Ут-Кызы согреться в такси у майстерин Гаусс так и не получилось, и лишь в собственной квартире она наконец смогла убрать несчастную орхидею на подоконник, смыть с себя косметику, раздеться, завернуться в плед, и немного успокоиться. Теперь у неё был… нет, пока ещё не план действий, но хотя бы призрачный шанс помочь другу. Если они с Тидесбалой убедятся в существовании эфирного эха и сумеют его изучить, если найдут доказательства… если успеют…
Расплывчатый, беспокойный и рваный сон Рубидии прервал ранний звонок в дверь, раздавшийся ещё до будильника. Резкая трель заставила её подскочить в кресле, где майстерин Гаусс и провела остаток ночи, рвануться с места за домашним халатом, на ходу запахнуть его и завязать, уже перед самой дверью собрать растрёпанные волосы и, приглядевшись к сиянию эфира сквозь дерево, нахмуриться при виде хрупкой девичьей фигурки. Всё ещё пытаясь отрицать очевидное, Рубидия приоткрыла смотровую щель, чтобы с сожалением заметить знакомую фиолетовую тюбетейку на тёмных волосах, заплетенных в змеящиеся косички.
Тидесбала! Рубидия чуть не застонала: вчера вечером она совершенно забыла назначить неуёмной юлчы встречу, а та, видимо, решила сама исправить это досадное упущение и потому явилась домой к майстерин Гаусс ни свет ни заря.
Рубидия неслышно вдохнула и выдохнула, чтобы успокоиться, и открыла дверь своей бывшей-будущей лисентирин.
– Здравствуйте, Ут-Кызы, – невозмутимо поприветствовала она гостью, – Не ожидала встретить вас столь рано, особенно на пороге своей квартиры.
– Здравствуйте, майстерин, – просияла Тидесбала, – Простите, пожалуйста, что так рано, но я подумала, что просто так бы вы ко мне не явились бы почти ночью, а значит, найти ваше эфирное эхо нужно как можно скорей. Вот и решила, что нам с вами стоит встретиться и обсудить сроки как можно быстрее, пришлось со всех ног бежать к вам, чтобы вы не успели уйти на лекции…
Больше всего Рубидии хотелось закрыть дверь и вернуться обратно в кресло к пледу, а лучше пойти в постель. Вместо этого она открыла дверь полностью и поманила Тидесбалу к себе. Юлчы покорно подчинилась её жесту и мигом перемахнула через порог, не преминув поднять руку к дверному косяку и мазнуть по дереву кончиками пальцев.
– Раздевайтесь и проходите в гостинную, – пригласила её Рубидия и тут же поинтересовалась: – Скажите, Ут-Кызы, а как вы меня нашли?
– Я знаю об этом городе и всех его жителях куда больше, чем может показаться, – театрально вскинулась та, – А то, что не знаю, могу выяснить, приложив немного усилий. Этот город слишком меня любит, чтобы скрывать свои тайны!
Майстерин Гаусс скептически подняла бровь, но Тидесбала сама не выдержала своего позёрства и мелодично рассмеялась, зазвенев колокольчиками.
– На самом деле, благодаря фууран, – взяла было себя в руки юлчы, но тут же затараторила: – Нет, вы не подумайте, майстерин, я подарила её вам не для того, чтобы шпионить. Я просто так… А сегодня поняла, что нам с вами надо встретиться и решить, как действуем, но я не знаю, где вы живёте. А потом поняла, что знаю, и пришла по эфирному следу от фууран… Вы ведь помните, они все связаны друг с друг с другом?
Рубидия лишь сонно поморщилась в ответ на её тираду.
– Ут-Кызы, вы могли бы найти меня в университете.
– Майстерин, меня же отчислили и ещё не восстановили, – вздохнула Тидесбала.
– И этого достаточно, чтобы вас остановить? – Рубидии всегда казалось, что столь формальный запрет уж точно не мог помешать неугомонной юлчы просочиться на любой из факультетов и в здание любой существующей коллегии.
Тидесбала только беззвучно помотала головой.
– Я бы предпочла избежать ненужных вопросов и чужого внимания. Ваше дело наверняка деликатное, и вы вряд ли хотите посвящать в него посторонних. Тем более если эти посторонние не верят в вашу теорию и отрицают её математическое обоснование.