Кто-то с задних рядов заорал:
– Выгнать их!
В ответ на этот возглас Тидесбала демонстративно закатила глаза, но всё-таки вытащила свою потрёпанную повязку, перекрашенную в фиолетовый из алого, завязала её на лице, невозмутимо пожала плечами, и колокольчики в её косичках возмущённо звякнули от резкого движения:
– Я могу и сама покинуть здешние гостеприимные места. Честно говоря, не планировала так рано знакомиться с местными интерьерами.
Она хотела было отступить, но рука Рубидии легла ей на плечо, стиснула тело так, что девушка поморщилась от боли.
– Ут-Кызы Тидесбала, лисентирин Алой коллегии магов, также прибыла в Имперский суд, чтобы свидетельствовать о невиновности адмирала Илаи, – заявила Рубидия, впившись взглядом в верховного судью. – Мы с моей ассистенткой готовы предоставить суду доказательства, которые нам удалось обнаружить, и требуем, чтобы их истинность оценивали беспристрастно. Я прошу внимания золотого триумвирата!
По залу, и без того неспокойному, прокатился возмущенный шепот. Неслыханная наглость: требовать присутствия сразу трёх наблюдателей-менталистов из Золотой коллегии, хотя даже для процесса над самим адмиралом собирать триумвират сочли излишним. Оно и понятно, подкупить одного золотого мага гораздо проще, чем троих сразу. Всё рассчитано, официально на заседание приглашён лишь один золотой майстер, который готов подтвердить, что адмирал Илаи вступил в сговор с неприятелем и позволил разгромить элитный отряд авиар. Менталист бы охотно подтвердил, что адмирал сам сообщил о нападении Республики врагу, что топтал исконные деймарские земли уже почти двадцать лет самого позорного мира, что знала их страна. Разумеется, руководствовался адмирал исключительно корыстными интересами, и никому нет дела, что Эрсин всю жизнь служил лишь Деймару и его народу, а не свергнутому императору, рейхспрезиденту, канцлеру или Учередительному собранию. Он десятилетиями носил крылья авиара и по праву командовал крылатыми войсками, которые чудом удалось сохранить и спрятать от бдительного взгляда врага. Не его вина, что время авиаров кончилось, и их должны сменить авиаторы. Не его вина, что лишь половина и без того небольшого отряда вступила в бой. Не его вина, что у сбитого авиара почти нет шанса выжить при падении, и что самому Эрсину повезло куда больше, чем большинству его летунов.
Всё случившееся – не вина адмирала Илаи, и скоро вся столица, а потом и весь Деймар узнает, кто и как пытался оговорить героя Великой войны.
– Я знаю, что в зале присутствует не менее двух золотых магов, готовых присоединиться к процессу ради блага нашей республики. Майстер Танненхольц и майстерин Гессе уже принимали участие в работе золотого трибунала, и ни разу их честность не вызывала сомнений.
Изящная, как статуэтка, майстерин Гессе обернулась к Рубидии и заинтересованно склонила голову. Не нужно было носить жёлтую повязку, чтобы понять: майстерин уже анализирует, откуда Рубидии известны наблюдатели, выбранные Золотой коллегией без ведома судебного мага, и могли ли алые маги повлиять на это назначение. Пусть ищет – в мыслях и воспоминаниях Рубидии нет ничего компрометирующего, она действовала исключительно от своего имени и пользовалась лишь своими связями, не вовлекая всю коллегию.
Кажется, в удовольствии понаблюдать за нелепыми попытками Рубидии в интриги и манипуляции, в которых она никогда не была сильна, не отказал себе и Танненхольц. Презрительная усмешка скользнула по губам золотого майстера.
– Меня сложно заподозрить в симпатии к алым магам, особенно к госпоже Гаусс лично, – холодно заявил Танненхольц, немного помолчав, – но моя жизнь и мой дар принадлежат Деймару. А потому я готов проверить истинность слов и мыслей майстерин и её… хм, подопечной, чтобы засвидетельствовать их перед судом.
Рубидия с облегчением выдохнула. Получилось! Танненхольц заинтересовался этим делом и настроен выслушать её, поэтому Гессе тоже не выступит против, хотя открытого содействия от неё ждать определенно не стоит.
Едва дождавшась разрешения от верховного судьи, Рубидия начала свою речь с непоколебимой уверенностью и привычным спокойствием:
– За последний месяц нам с моей ассистенткой удалось зафиксировать эфирное эхо, оставшееся после Нердинского воздушного сражения. Изучение эха и анализ всех полученных данных убедили меня в невиновности адмирала и позволили узнать истинного виновника нашего поражения…
Глава 2
Прошлая осень в Эллери выдалась необычайно мягкой и солнечной, почти южной. Сменила её столь же непривычная, почти бесснежная и тёплая зима. Столица Республики Деймар застыла в безвременье, утонула в долгих серых дождей и промозглой сырости. По утрам с фиорда наползал густой туман, который даже к полудню не рассеивался полностью, а ночью лёгкие заморозки иногда всё же напоминали о том, что на дворе зима, и превращали дневную слякоть в скользкий ледяной панцирь. После таких холодных ночей ходить по обледеневшим тротуарам и дышать обжигающим морозным воздухом, полным то ли влаги, то ли уже снежной пыли, становилось и вовсе невыносимо. В такую погоду даже привычный путь до университета и лабораторий Алой коллегии превращался в ежедневный подвиг, особенно для уже не слишком молодых ног майстерин Гаусс. На здоровье она всё ещё не жаловалось, но вновь и вновь ей в голову закрадывалась мысль, что пятнадцать или даже десять лет назад эта бесконечная акробатика давалась бы легче. Хотя кто знает… Её студенты тоже жаловались на гололёд, а кое для кого борьба со стихией кончалась травмами и лёгким обморожением.