— Прочь. Пошли прочь, — простонал Седрик, — Живо!
И волки наконец оставили нас тихо рыча и скаля зубы. Седрика корчило от боли, он никак не мог перебороть себя и перестать желать мне зла. Я лежала чуть в стороне, приходя в себя. Прошло не менее получаса, голова моя уже перестала гудеть и кружиться, я смогла даже подползти к дивану и забраться на него. Седрик, наконец, начал дышать глубоко и ровно, верный признак того, что он брал под контроль свои мысли и чувства. Я лежала не в силах пошевелиться, между ног дергала пульсирующая боль, скула ужасно ныла, Седрик ударом в челюсть прервал мою первую атаку в поцелуе. Левая рука почему-то очень болела в локте, может ударило мебелью… Мне досталось намного больше чем ему, но все это было неважно, потому что не во мне, а в нем сейчас сидел шнур рабской метки. Я закрыла глаза, концентрируясь на мысли, что я победила, это помогло сгенерировать каплю силы, чтобы унять боль.
— Почему? Почему ты ничего не сказала? Я б не полез к тебе!!! Я думал ты только красная… — простонал Седрик.
— Не сказала что? Ты что, силы не видишь? Ты не видел, что на мне щиты всегда? — огрызнулась я.
— Не вижу. Не видел. — тихо сказал Седрик и перекатился на другой бок чтобы видеть меня. Мы лежали — я на диване, он на полу и смотрели друг на друга.
— Я не вижу силы. У меня нет vis-зрения. — горько поизнес он.
Я аж приподнялась от удивления, но потом опять свалилась на диван.
Да… Чего только не бывает… Это все равно, что слепой мальчик из бедной семьи смог стать, ну я не знаю, главарем банды и крупным бизнесменом в одном лице, причем члены банды — такие же слепые, а вот коллеги бизнесмены — зрячие.
— Но ведь у многих его нет с рождения, и ничего, развивают, — сказала я.
— Пытались. И родители надо мной бились и старший брат, да только без толку…
— Так какого ж ты, тварь слепая, замахнулся подчинить, и не сотворенного, а такого же как ты, filius numinis, а? — зло спросила я, отгоняя сочувствие к бывшему врагу.
— Ты всегда пахла только красным и никогда не звенела… И я не хотел… сделать с тобой то, что ты со мной сделала — пробормотал он.
«Пахла», «звенела» — так воспринимают силу сотворенные: цвет на запах, а мощь на звук. Мда…
— Да? А что ты хотел со мной сделать? — саркастично спросила я.
— Я хотел, чтоб ты стала моим источником.
— Расскажи ВСЕ свои планы относительно меня, — приказала я.
— Хотел, чтоб ты жила у меня, принимала мужчин, а потом делилась со мной, — сказал он, не глядя на меня.
— И как ты думал удерживать меня?
— Да пойми ж ты, я не думал что ты такая… — сказал он, но метка заставила его ответить на вопрос, — Поселить тебя на верхнем этаже под охраной волков.
— Под охраной… — горько повторила я.
Ладно, лежать здесь конечно же было не плохо, но выбираться надо.
— Прикажи своей подстилке, чтоб нашла мне платье, и предупреди ВСЕХ волков, чтоб даже не дышали в мою сторону, Седрик. Умрем мы вместе, если что, не забывай.
Он сел, а затем тяжело поднялся и побрел прочь из комнаты, вернулся через четверть часа с какой-то атласной тряпкой, от которой несло волчицей.
— Седрик! — с угрозой сказала я.
— Ну нет, нет ничего! — немного в панике отозвался он, — Давай я тебе пиджак свой отдам, тебе ж только до машины дойти.
Так и сделали. Я дошла до машины маленькими шагами, опираясь на его руку и стараясь не скрипеть зубами от боли.
— Пати, — обратился он, усадив меня на заднее сиденье, — Кто теперь глава Совета? Ты?
Я скривилась, ну нет, только этого мне не хватало.
— Нет! Не я. Ты! — гаркнула я в ответ, — Приезжай ко мне дня через два, а до этого времени не попадайся divinitas на глаза. Созвонимся.
— Созвонимся, — задумчиво отозвался он в ответ.
Три дня я «лечилась» со своими мужчинами, а весь четвертый мы вдвоем с Седриком пытались замаскировать нашу связь и метку. Мне удалось ужать шнур нашей связи до тонкой но прочной как леска нити, Седрик же смог эту белую нить накрыть своей черно-зеленой силой, так что стало не ясно кто в связке главный. Шнур-метку мы смогли прикрыть панцирем, похожим на мутное стекло, опытные и сильные может и разглядят в чем дело, а большинство подумает, что это просто защита основных vis-центров. Многие прячут рацио и сердечные центры, чтобы скрыть свою слабость или же силу.
После дня проведенного вместе, мы несколько лет не виделись — я не посещала заседания Совета, и не бывала в местах, где Седрик мог быть, не заходила на его территорию, а он не показывался на моей.