- Добро пожаловать. Тётушка Гирайа над тобой подшутила. - он успокоился и продолжил, - Никаких печатей нет. Можешь смело возвращаться в библиотеку.
- Спасибо. Не знаю, сколько бы я ещё прождал.
- Если поспешишь, то возможно успеешь отыграться, - Гормак пошёл дальше по своим делам. - Ещё увидимся.
Широко улыбаясь, с приподнятым настроением Майли двинулся обратно. По возвращении он увидел, как тётушка передала довольному стражнику пару серебряных монет.
- Рановато ты вернулся, - она была чем-то недовольна.
- Мне подсказали.
День за днём, почти всё своё свободное время, Майли проводил в библиотеке, возвращаясь домой к ужину. Иногда Ириса приносила разную выпечку и оставалась ждать до вечера. Тётушка Гирайа ему всегда была рада, давая советы и помогая в поисках, а с появлением девочки, она про него забывала. Закончив с историей, он добрался до литературы, где выбор сразу пал на сказания и легенды.
Руки задрожали, на лбу выступил пот. Майли не мог поверить в то, что прочёл, ведь это сильно пугало:
"Наш род пустыни странствий бесконечных
Ушёл, сбежал от войн жадных до земель,
От власти монстров, маскою прикрытых,
Кровавых деспотов, ликующей толпы.
Под вечным солнцем, в холоде ночи
Боролись мы за жизнь с природой чуждой,
Голод, жажда, кругом песок.
Надежды нет, отчаяние всех настигло,
В мучениях и страданиях, слезами приправляя,
Мертвых поедали, кровью запивая.
Наш путь ужасный, себя от горя проклинавших,
Рассвет встретил чудом красок разных:
Прозрачный водоём испускал сияние,
Трава, зелёные деревья маняще шелестели на ветру,
Животные на берегу лежали.
Дом мы нашли, дорога ужасов, мучений,
Испытаний горестных подошла к концу.
Года летели, община разрасталась,
Пустыни тайны, пески земель бесплодных,
Солнце жаром не пугали боле.
Неведомого границы расширяя,
Открытий дивных, источники искали.
Пересыхали водоёмы, оазисов угасала жизнь,
Но страх прогнал народ пустыни,
Надежда в сердце, закалённом, крепила дух.
Бродил наш род от водоёма к водоёму,
Углублялся с виду в мертвые поля,
Где зверей больших в пути мы приручали,
Где обнаружили могильники существ иль тварей,
Гигантов, костей бескрайние моря.
Всё это - богатства для пустынного народа,
Всё это - проклятие для жадных до костей.
Впереди пески чернели, жизнь угасала, тишина пугала,
Смерть в тех местах глупцов встречала.
Никто не ведал, что скрыто в бездне чёрной,
Какой ужас спал и ждал томимый голодом века,
Мы темной ночью первобытный страх познали.
Когда ветра шумели, нагрянул ОН в потрёпанном плаще,
Глаза пусты, движения, словно призрак,
Шестнадцать братьев в мгновение погубил.
Без жалости и сострадания, человеческому чуждый,
Останки, осушив, испил и лагерь наш покинул.
С тех пор мы жертв ему приносим: животных, иногда людей,
Ведь только так нам можно выжить и только так - насытить тварь.
Когда в пустыню ночь приходит, живые прятаться должны,
Во мраке ночи призрак бродит, глазницы у него пусты.
Он смерть несёт для всех живых, детей и женщин не пощадит
И, только голод утолив, возможно жизнь тебе оставит.
Рамешэ-Ту, Вождь племени Айо."
Второпях, наведя за собой порядок, Майли почти бегом покинул библиотеку. Затем остановился на улице и, немного подумав, вернулся обратно. Ему необходимо переписать сказание и показать матери.
- Майли, что случилось? - тётушка сильно удивилась такому поведению парня. - Ты на себя не похож.
- Нужно было подышать свежим воздухом, - он не стал задерживаться и прямиком направился к полкам.
- Не испачкай тут ничего, - серьёзно произнесла она.
Закончив, Майли попрощался и направился домой. После его ухода один из стражников, стоявший неподалёку, подошёл к стеллажу и стал внимательно всё изучать. Сделав некоторые заметки, он направился к двери в закрытые архивы. Гирайа мельком взглянула на него и продолжила заниматься своими делами.
- Майли, - Рой сидел в гостиной у окна, за которым дети ковырялись в земле и пытались посадить какое-то растение. - Заходил Экар.
- Как у него дела? - брат остановился посреди помещения, оглядываясь и прислушиваясь в поисках матери и Ирисы.
- Через два месяца у него свадьба. На следующей неделе он остановится у нас на пару дней, ему нужно решить какие-то семейные дела.
- Это замечательные новости. Где мама? Мне нужно с ней срочно поговорить.
- Как обычно, у себя в кабинете. - Рой повернул голову, младшего брата уже след простыл.
Пока Ириса читала какие-то записи, подготовленные специально для неё, Лила наносила приятно пахнущую мазь на тело Молчуна. Кожа медленно восстанавливалась, обретая нормальный вид. При любой возможности она тщательно изучала его. Волосяной покров полностью отсутствовал. Вместо некоторых пальцев отросли ростки, как у сына. Ногти были чёрного цвета с серыми пятнами, крепкие и острые. Вдоль дёсен вместо зубов имелись толстые наросты. Он ничего не слышал, запахов не чувствовал. Кровь очень густая. Внутренние стенки полости глазниц покрыты прочной коркой. Отсутствовали половые органы. По шрамам в области паха Лила сделала предположение, что они были отрезаны. У неё складывалось впечатление, что при жизни этого человека пытали. Услышав шаги, она на Молчуна накинула плащ и надела маску.
- Это я, - Майли остановился у двери и, дождавшись щелчка шпингалета, зашёл внутрь. Ириса сосредоточенно читала и даже не отвлеклась, иначе ей достанется от матери.
- Ты сегодня рано, - Лила вернулась к делам.
- Тебе нужно это прочитать, - он протянул листок бумаги.
- Хорошо, - она села на стул и после прочтения на её лице появилась тревога. - Это...
- Скорее всего Молчун. Если хорошо обдумать, то всё сходится. Я задавался вопросом, чем он питался в пустыне, теперь ответ найден.
- Майли, что теперь с ним делать? Мы не можем держать его рядом с семьёй, это очень опасно, - мать сильно испугалась.
- Я не знаю. Нужно подумать. - он взглянул на девочку, которая непонимающе смотрела на них, - Ириса, может Молчун напасть на близких? Нам нужно это знать.
Молчун ощущал странную атмосферу вокруг него. Потоки энергии матери одного из детёнышей были прерывистыми, временами усиливающиеся, указывающие на чувство страха. В этот момент он почувствовал ласковое сознание, затем уловил образ "угрозы", направленный на мать детёныша и состоящих с ним в родстве. В ответ Молчун послал образы "защищать", "родство" и теплые эмоции. Он прекрасно знал, кто состоял в связи с детёнышем. Узоры потоков у них были схожи. Мать узором выделялась сильнее всех, и она заботилась о нём, что ему очень нравилось.
Ириса, не двигаясь некоторое время и находясь под пристальным вниманием, наконец взяла карандаш и стала медленно записывать, обдумывая и подбирая известные ей слова.
- Он не нападёт? Будет защищать? - спросила Лила, заглянув в блокнот, девочка закивала. - Майли, что думаешь?
- Ириса, он может мне послать зов? Я должен сам это почувствовать, - она задумалась.
Внезапно он почувствовал сильную головную боль, сменившуюся сильными образами чувств, которые было сложно описать. Слившись сознанием, ощущения только усилились, и потом всё прекратилось. Но суть ему удалось понять.
- Стая, мы для него стая, - на пол капнула кровь, Майли взял тряпку и приложил к носу.
- Как ты? - в голосе матери ощущалось волнение.
- Хорошо, не волнуйся. Просто его мысли очень сильны. У Ирисы они гораздо мягче. Это сложно передать словами, но он не представляет угрозы близким.
- Ты уверен?
- Я, - сын почувствовал сильную уверенность, словно кто-то поддерживал его, - Странно, но я точно уверен.
Лила ещё раз взглянула на сказание. Она пыталась собраться мыслями и разобраться в написанном: