Черт.
Я поднял его левой рукой и заставил посмотреть на меня.
– Кажется, мы давно никуда не выбирались. Как ты смотришь на то, чтобы полетать на самолете?
Илья улыбнутся и заерзал в моих объятиях. Я рад, что дети, в силу своего возраста, склонны менять свое настроение за одно мгновение.
– Давай пойдем к бабушке и скажем о нашем решении.
Мы спустились вниз и застали Глеба и маму вместе.
– У нас с Ильей возникла идея. Он хотел бы полететь на самолете куда-нибудь на отдых. Черногория, – я обратился к своей матери, – думаю, это отличная идея! Там вы еще не были.
Она удивленно повернулась в мою сторону:
– Буквально вчера ты говорил, что у тебя много проблем на работе.
Мама сделала акцент на последнем слове. Разумеется, она знала о том, что произошло. От нее это было трудно скрыть. Илье мы сказали, что я вывихнул плечо, когда занимался в зале, поэтому правая рука у меня временно не работала.
– Я передумал.
Опустив Илью на пол, я сел рядом с братом и показал ему фото, которое нашел. Я старался сделать это незаметно, чтобы мама не увидела. Глеб поднял на меня встревоженный взгляд. Я смял фото, крепко сжимая его в кулаке. Я был пиздец как зол, но сейчас мне не хотелось пугать маму и сына, хотя она была умной женщиной и сразу поняла: что-то было не так.
– Я еду с ними? – спросил мой брат.
Мой кулак сжался еще сильнее. Я лишь кивнул и встал, направляясь к охране. Сейчас нужно было выяснить, кто и как проник в мой дом. Если крыса была среди нас, я расчленю этого человека. Никто никогда не причинит боль моей семье. Я прослежу за этим.
– У вас час на то, чтобы собраться, – сказал я, выходя из кухни.
Глава 10
Никита
Я сидел в машине на стоянке аэропорта и молча смотрел в хмурое небо. Собиралась гроза. Я переживал, что рейс отменят, но меня заверили, что самолет летит в другую сторону и не попадёт в бурю.
Вся моя семья улетела. Я отправил их за границу по поддельным документам, чтобы невозможно было отследить, куда они улетели. Пришлось вызвать Саню к себе домой, чтобы он проверил всю систему безопасности. Он был компьютерным гением. Уверен, мой друг найдет концы, и мы узнаем, кто эти люди.
Я потянулся к бардачку, где лежали мои обезболивающие. Плечо опять начинало ныть. Сегодня мне должны снять швы, но ранение все равно давало о себе знать из-за внутреннего разрыва тканей.
Выезжая из территории аэропорта, я громко включил музыку. Это всегда помогало отвлечься. Мне нужно было привести свои мысли в порядок. Из-за обилия событий, произошедших за последнее время, голова просто раскалывалась. Пока Димас лежал в больнице, перед нами с Саней стояло множество задач. Мало того, что мы знали о существовании крыс среди нас, нужно было еще вести бизнес, который требовал постоянного внимания и присутствия. Мне нельзя было долго отлеживаться в больнице и оставлять все на Саню. Как только меня залатали, я продолжил заниматься делами.
Мы работали, не покладая рук, стараясь не говорить и даже не допускать мыслей о том, что Димас скончается. Это просто, блять, невозможно. Но с каждым днем, когда он все еще не приходил в себя, надежда начинала угасать. Врачам пришлось ввести его в медикаментозную кому, чтобы Димас не умер. Иначе организм не выдержал бы, но еще позавчера они перестали капать ему препараты. Доктора убедили нас, что на возвращение Димаса к жизни понадобится время, но сколько?
Я постоянно прокручивал у себя в голове действия. Сейчас нужно быть сосредоточенным как никогда и смотреть в оба глаза. Быть начеку. Я никогда не прощу себе, если с моей семьей что-то случится. По крайней мере, этот вопрос решен. В Европе они будут в безопасности.
Пока я был на полпути к своему дому, проезжая одну из центральных улиц, начался дождь. Какое-то время он был моросящим. Только усиливавшийся ветер, заставляющий мусор летать по городу, предвещал надвигающийся шторм.
Я взглянул на почерневшее небо. Циклон шел со стороны моря, в то время как небо над горами было ясным.
Пока я двигался к дому, заметил, что машин на улице становилось все больше. Водители, видимо, начинали сходить с ума. После прошлогоднего наводнения многие боялись такой погоды в Сочи.
В то время как я пытался перестроиться с одной полосы на другую, меня подрезал другой автомобиль.
– Твою мать! – взревел я, с яростью нажимая на сигнал.
Водитель даже не включил поворотник, а надавил на газ. Мне захотелось его проучить. Таких идиотов на дороге надо наказывать. Чертова Lada Priora! А тот, кто сидел за рулем этой колымаги, – откровенный кретин.