Джош занёс Зару внутрь и примерно через полчаса прислал сообщение, что с их мамой всё будет в порядке. Больше он ничего не сказал.
Пока что.
Так что Калли ждала.
— Хочешь вернуться в машину, куколка? — спросил Дерек. Его куртка оставалась расстёгнутой, и тепло из седана манило её через открытое окно.
— Пока что нет, — ранее Калли попросила его подождать в машине. Она не знала точно, сколько времени прошло, но её нос ещё не совсем окоченел. Она нуждалась в пощёчине минусовых температур, чтобы держать себя в руках. Она не была настолько религиозна, чтобы утверждать, будто она заслуживала едкого укуса мороза. Она просто не хотела ничего чувствовать, и естественный холод намного лучше убивал все её ощущения, чем обморожение, вызванное магией.
Машина скорой помощи с воем залетела на парковку и резко остановилась под козырьком с надписью «Приёмный покой». Красно-белые огни почти задели её за живое, но никто у входа не смотрел на парковку. У них имелись приоритеты поважнее.
Дерек открыл дверцу машины и вышел к ней.
— Я обещаю, что скоро сяду обратно, — произнесла она ровным тоном. Калли собиралась сесть в машину, как только у неё будет план. Но она понятия не имела, что делать дальше. Она нуждалась во сне, но отрубаться, не зная, в сознании ли Зара, и как она вообще — не вариант. Она не могла ворваться в госпиталь и требовать объяснений. Она не могла отправиться на работу. Заклинателю нужны души. Души, которые она отдала, чтобы вернуть свою маму. Она даже не утруждала себя попытками контролировать магию в присутствии мамы, а это отдельная проблема. Теперь у неё было лишь два варианта — идти в машину или выйти на свет, так что она оставалась на прежнем месте.
— Калли, — ладонь Дерека легла на её плечо. — Твой брат идёт.
И действительно, долговязый сгорбленный силуэт Джоша выскользнул из-за раздвижных стеклянных дверей. Калли и Дерек находились в задней части парковки. Джош не должен был видеть их оттуда, и всё же направился прямиком к ним.
Он почесал голову, взъерошив волосы. Судя по их косматости, он лишь пригладил их ладошкой перед тем, как помчаться в больницу. Он быстро подошёл, но продолжал смотреть себе под ноги.
— Привет.
Калли ринулась вперёд, чтобы встретиться с Джошем на границе тени. Она обхватила его руками и крепко обняла. Мороз кусал её за щеку, прижавшуюся к груди Джоша, а также за обнимавшие его предплечья. Она велела магии повременить на секундочку, бл*дь. Его ребра впивались в её руки даже через одежду. Он обнял её с таким рвением, которое выжало весь воздух из её лёгких и позволило Калли забыть про магию, покрывавшую её льдом, про страх последних нескольких дней и последствия всего этого. Джош раньше был её безопасным пристанищем, и на это мгновение он вновь им стал. Калли скучала по этому. Скучала по нему.
Её суставы начали коченеть от магии. Если бы только её брат мог избегать товаров Заклинателя Душ. Если бы только она знала, как залатать изодранную душу. Однако Калли это не известно, и поэтому ей пришлось попятиться назад. Теперь маяк больницы нависал над ними непоколебимым напоминанием о том, насколько крупно всё пошло псу под хвост.
Калли отступила назад ровно настолько, чтобы лёд на её коже растаял, а Дерек оказался рядом. Она ещё не до конца обрела почву под ногами, когда спросила:
— С ней всё хорошо?
Джош сунул обе руки в один передний карман толстовки. Он засунул их так глубоко, что мятый хлопок натянулся на его плечах. Только тогда он посмотрел на Калли. Его глаза налились кровью. Какую бы братско-сестринскую связь они только что ни испытали, она уже рассеивалась.
— У неё перебиты ребра, и они наложили ей семь стежков на голове, — он сплюнул в снег.
Калли напомнила себе, что раны лица всегда выглядели более тяжёлыми, чем есть на самом деле. Семь стежков на лбу — это скорее минимизация шрама, а не беспокойство о серьёзном повреждении. Может, она сумеет от этого оправиться. Может, они все сумеют от этого оправиться.
Однако Джош ещё не закончил.
— У неё не хватает пальцев, Калли. Пальцев.
Её брат забаррикадировал свой страх, но его слишком сильно стиснутые челюсти и ожесточившийся взгляд выдавали тот факт, что страх рвался на свободу. Калли попыталась засадить свою боязнь в клетку. Похоронить крик, долбивший её ключицу изнутри, было не так-то просто.
— Они могут пришить их обратно?
— Калли, нашу маму изувечили, а ты спрашиваешь о том, чтобы пришить пальцы обратно?
— Они у меня, — выпалила Калли.
— Что?
— Я тебе говорила! За этим стоит Нейт. Он послал их в качестве угрозы.