- Но ты не ангел… и не человек – у людей нет магических способностей. Кто ты?
- Сейчас не время для такого разговора, - закрыла тему Лилит. Я не стала настаивать, но сделала себе мысленную пометку узнать позже.
Когда Лилит закончила с ранами на животе, я помогла ей перевернуть Рут. Спина стала единственным местом, где почти ничего не было, кроме нескольких синяков. Лилит быстро с ними разобралась, и мы вернули Рут в прежнее положение.
Дальше нам надо было смыть с нее всю грязь. Я водила по ее телу губкой, обходя открытые раны, и чувство вины съедало меня с каждой минутой.
Это все случилось по моей вине. Мне не стоило так просто отпускать Рут домой, я должна была убедиться, что она в безопасности. Теперь понятно, почему она не отвечала на мои звонки и сообщения. И если бы я не была этим дурацким Небесным огнем, никто бы не пострадал, и нас вообще бы здесь не было сейчас.
Я вытерла выступившую слезу, пока ее не заметила Лилит. После купания мы накинули на Рут халат, накрыли одеялом и оставили отдыхать.
- Как быстро ее раны заживут? – спросила я, помогая убирать все обратно в шкафчики. Стояла глубокая ночь, я устала и уже двигалась медленно. Баночки занимали свои места на полках.
- В твоем случае рана была свежей, поэтому она зажила довольно быстро. Ее порезам уже несколько дней. Мази нужно время. Поэтому ждать надо где-то день-два, но это уберет только внешние ранения. Кости долго будут срастаться.
Я кивнула. Убрав все, помыв руки, я притащила из угла комнаты стул и поставила его рядом с койкой Рут.
- Я пойду в душ, - сказала Лилит.
Я снова кивнула и устало села на стул. Девушка вышла, тихо закрыв за собой дверь.
Мой взгляд упал на Рут. Я смотрела на ее безмятежное лицо с порезами, которые благодаря мази скоро заживут, и даже шрамов не останется. Я взяла ее маленькую ладонь в свою руку.
- Ну и день выдался… - прошептала я, словно надеясь, что Рут откроет глаза и ответит мне. – Прости меня, Рут. Я виновата перед тобой…
Дыхание сбилось от нахлынувших чувств, и горячие слезинки побежали по моим щекам. Я не стала их убирать, давая волю своим эмоциям. Напряжение последних нескольких дней выходило из меня потоком слез и тихих всхлипов, от которых сотрясалось все тело. Я прижалась лбом к израненной руке Рут, крепко ее сжимая. Я что-то бормотала, сама не разбирая что. Узел тревоги внутри меня начал ослабевать, но так не развязался окончательно. Все еще было неясно, что будет дальше. Но я подумаю об этом завтра.
Глава 10
Плавная и нежная мелодия вывела меня из тревожного сна. Кто-то умелыми пальцами водил по черно-белым клавишам фортепиано. Я приподняла голову и откинула волосы с лица. Ночью я уснула прямо рядом с рукой Рут. Я взглянула на подругу. Она еще спала, но ее общий вид как будто стал лучше. Немного, но лучше.
Я поднялась со стула, потягиваясь. От неудобного положения, в котором я провела несколько часов, все тело ныло.
Мелодия все еще доносилась до медкабинета. Скорее всего играли в музыкальной комнате, еще одно фортепиано, стоящего в доме, я не заметила. Во мне проснулось любопытство. Мне захотелось узнать, кто из здешних ангелов так красиво играл на музыкальном инструменте.
Я тихо вышла из комнаты, чтобы не разбудить Рут и не привлечь к себе внимание, и двинулась по пустому темному коридору. Дом молчал – все спали, кроме меня и еще одного ангела, которому захотелось размять пальцы среди ночи. Я двигалась осторожно, стараясь не привлечь внимание своим появлением.
Дверь в музыкальную комнату была слегка приоткрыта, но внутри света не было. Только луна освещала просторный зал с прекрасной акустикой. Я приникла к щели.
За фортепиано ко мне спиной сидел Люцифер. Его иссиня-черные крылья были расслаблены и опушены вниз, почти лежа на полу. Сам ангел был одет во вчерашнюю одежду, как и я, собственно.
Одна мелодия закончилась, и мужчина начал играть другую. Но если предыдущая была нежной и наполненной любовью, то эта оказалась ее противоположностью. Игралась она легко, ноты были простыми. Но грустная мелодия проникала в самое сердце, затрагивала потаенные уголки души, касалась болезненных душевных струн. Печаль, которая передавалась этой музыкой, глубоко цепляла и парализовала. Я застыла, не в силах сдвинуться с места, и просто слушала.
К середине мелодии я поняла, что чего-то не хватало, как будто какая-то ее часть отсутствовала… Здесь явно нужен был еще один инструмент. Эта песня была написана для дуэта, для фортепиано и скрипки.