— С каких это пор колдуньи научились врать? — он нахмурился, сердито глядя на жену.
— Разве я лгу? — та смотрела на него по-детски наивными невин-ными глазами. — Может быть, я говорю не всю правду, но в этом нет ничего такого, — в ее глазах на покрове озера покоя сверкали весе-лые озорные огоньки, и колдуну ничего не оставалось, как махнуть рукой:
— Ладно, мне понятно ваше беспокойство, — пробормотал он. — Мо-жет, и хорошо, что вы все здесь: мне нужно передать вам, что Стар-ший хочет собрать нас следующим утром. Ему есть что рассказать.
— Это будет добрая весть? — вновь насторожились колдуны.
— По-видимому, — кивнул тот. — Я не знаю всего, но Старший не стал бы возвращаться лишь затем, чтобы убить в нас последнюю на-дежду, — затем он повернулся к учителю испытания: — Тихомир, он зовет тебя.
Кивнув, старик, словно только того этого и ждавший, поспешил к вратам замка.
Видя, что Ясень собирается вернуться назад, Дубрава поспеши-ла спросить:
— Мы можем остаться?
— Дело ваше, — колдун не видел никакого смысла возражать, ког-да понимал, что ему не удастся заставить всех разойтись по до-мам. — Если вам от этого будет легче, сидите здесь. Но Черногор вряд ли станет говорить с вами до завтрашнего утра. Он ждет возв-ращения Власа, чтобы узнать, насколько велики перемены, коснувшие-ся мира.
— Но ведь он сам только-только вернулся…!
— Он улетал на драконе и назад его принес дракон. Думаю, его дорога проходила через те края, о существовании которых мы даже не веда-ем… Сейчас же он ждет вестей из мира людей, не богов, — он повернулся, собираясь поскорее вернуться к Старшему, но в последний миг, подумав, взял стоявшую рядом жену за руку и быстро увлек за собой:
— Ты мне понадобишься.
Вместе они прошли через врата. Едва оказавшись внутри замка, Ясень поспешно спросил жену:
— С детьми все в порядке?
— Да, — кивнула та. — Они играют с другими ребятишками в саду под присмотром Ивы. Не волнуйся.
— Хорошо… Значит, ты можешь задержаться здесь?
— Конечно. Что мне нужно сделать?
— Приготовь отвар из облепихи, рябины, трав… Ты лучше зна-ешь, каких.
— Для Черногора?
— Да, — стремясь уйти от расспросов, Ясень повернулся и быстрыми шагами двинулся к широкой лестнице, но колдунья и не собиралась надоедать мужу вопросам. Едва получив поручение, она устремилась на кухню, прикидывая в уме, какие будет лучше взять травы, коренья и ягоды и в каких пропорциях их смешать.
В галерее, ведущей к верхней зале, Ясень догнал старика:
— Подожди, Тихомир!
— Что? — в голосе того слышались нотки недовольства: старик так спешил, не желая заставлять Черногора ждать, что даже запы-хался, а тут кто-то останавливает его возле самой двери.
— Прости, прости. Я только хотел сказать: не очень утомляй его и если что, я рядом.
Тихомир взглянул на колдуна с укором, словно говоря: "Неужели ты думаешь, что я не понимаю всего и так?", но, все же, едва за-метно кивнул, прежде чем войти в залу.
Когда дверь за его спиной закрылась, Ясень тяжело вздох-нул, недовольно качнул головой и, застыв возле двери, как солдат на посту, приготовился ждать.
Шло время. Устав стоять, колдун опустился на кушетку. Потом пришла Мерцана, осторожно села рядом с мужем, тихо спросила:
— Они все еще беседуют?
— О чем только Тихомир думает?! - взвился тот. — Я же предупредил его!…
— Что, Черногор так плох? — в ее глазах зажглась тревога.
— Если малейшее движение причиняет боль… Эх, — поморщившись, он махнул рукой. — Мне трудно об этом думать, не то что говорить… Ты приготовила отвар?
— Да, — она качнула головой в сторону стоявшего рядом кубка. — Как ты считаешь, мне не следует им мешать, или пойти прямо сейчас?
— Не знаю, — пожав плечами, тот на миг задумался. — С одной стороны, Старшему было бы лучше побыстрее выпить отвар. Но с другой стороны… Мерцана, я так думаю, сейчас они говорят о настолько серьезных и трудных вещах, что будет лучше не прерывать их разговор.
— Раз так, — она устроилась поудобнее, прижалась к плечу му-жа. — Нам с тобой тоже стоит многое обсудить…
— Не сейчас! — его щека нервно дернулась. — Я не хочу говорить об этом! Да и почему ты думаешь, что Старший рассказывает мне все? Кто я, его преемник, что ли? Пойми же, наконец: в тот раз я просто был единственным, кто оказался с ним рядом… Только поэтому он открыл мне правду, поручил за-боту о деревне!
— Прости, — прошептала она, лишь сильнее прижимаясь к не-му. — Прости, — она тихо, незаметно делилась с ним своим теплом, ус-покаивая, возвращая силу и уверенность. — Но нам ведь и кроме этого есть о чем поговорить. Последнее время ты так редко бывал до-ма. Я понимаю, ты был занят, но теперь-то у нас ведь есть время для нескольких слов друг для друга?
— Ох, родная, на меня навалилось столько забот, что я… Я сов-сем закрутился! Но ничего, ничего, скоро все придет на круги своя. Так что ты хотела мне сказать?
— Кроме того, что люблю? — она задорно, как девчонка, улыбнулась.
Рассмеявшись, он обнял жену:
— Это я знаю и так, — Ясень вздохнул легко и свободно: тяжесть ноши более не давила на плечи, сердце не сжимали в ледяных объять-ях сомнения и страхи. — Ох, моя дорогая колдунья, что бы я без тебя делал!…И, все-таки, что случилось?
— Ничего, — она потянулась, как едва проснувшаяся кошка. — Я просто хотела напомнить, что ты не один на свете, что у тебя есть семья, которая готова поддержать в трудную минуту. Не забывай об этом и никогда больше не пренебрегай самым большим даром на све-те: возможностью быть понятым.
— Мне удивительно легко и спокойно с тобой.
— Так и должно быть, — она удовлетворенно кивнула.
— Обещаю, что в будущем никогда не стану отказываться от твоей помощи.
— Угу… Давай просто посидим вот так, рядышком, помечтаем об этом будущем…
— Ты веришь, что оно будет светлым?