Первым шёл Ярослав, за ним Женя. Тьма всё больше окутывала их со всех сторон и почти казалась плотной. Пещера оказалась глубокой. Не видя ничего дальше собственного носа, оба прижались к стене и шли на ощупь. Идя медленно вдоль стены, оба ощутили тёплое дыхание. Большой нос сначала обнюхал Ярослава, сердце которого готово было выпархнуть из груди, как птичка из клетки. Он нервно сглотнул и животное отступило от него. Несколько секунд стояла абсолютная тишина. Это ещё больше пугало обоих.
Животное неожиданно начало медленно продвигаться к выходу из пещеры. Вот они вышли на свет.
- Орган! - удивился Женя. Он вспомнил ночь, когда этот зверь буквально вернул Антона к жизни. Действительно, орган гордо возвышался над ними.
- Насколько я могу судить, это его пещера, его нора. - сделал заключение Ярослав.
- Егор говорил, что недалеко от Воющих холмов находится логово органа. Однажды этот зверь спас жизнь Антону.
Женя подошёл к зверю. Тот смотрел на него своими большими глазами.
- Ты поможешь нам? - тихо спросил он.
На воротнике его куртки клацнули зубы и уже через секунду Женя сидел на спине зверя. Повторив тоже самое с Ярославом, орган медленно вышел на выступ скалы. Подняв голову вверх, зверь присел, после чего сделал большой прыжок и своими мощными лапами зацепился за один из уступов. Затем прыжок повторился и ещё, и ещё.
Не прошло и минуты, как зверь сделал ещë один прыжок и оказался на краю обрыва. Ветер на поверхности был куда сильнее и холоднее. Пожелтевшая трава напомнила обоим о том, что им ещё надо добраться до Зимы. Зверь сделал пару вдохов и вновь помчался со всей силой.
13
Руслан с остальными были далеко впереди, от догонявших их Жени и Ярослава. Становилось всё холоднее и ветренее. Осенняя одежда почти не согревала.
Дима всё думал о том, что это он в некоторой степени виноват в случившемся. Если бы он не пошёл на зов призрака, то и Ярослав и Женя за ним бы не побежали.
- Уже виден Цвонз. - начал Руслан. - Правда, придётся идти быстрее, чтобы не замёрзнуть.
Дима не слышал в его интонациях грусти, либо он принял смерть друга как должное, либо ... .
"Нет, не думай об этом, не думай об этом. Он хочет лишь помочь нам.": думал Дима.
Осень переходила в Зиму также резко, как и Лето в Осень. Граница между территориями здесь представляла из себя неширокую реку. На другой стороне виднелись дома.
Хуже всех выглядел Антон. После того спасения органом, он чувствовал, что с его организмом что-то происходит. Он больше всего переживал за теорию того, что это некий яд или побочный эффект от органа его пожирает изнутри. Хотя Егор и сказал о том, что органы вылечивают все раны, сестре Антон не говорил о своих волнениях, так как боялся еë возможной реакции на это.
От реки исходил пар. Берега обледенели, поэтому спускаться было сложно. Никакого моста рядом не видно. Семён думал о том, что в их мире Цвонз не окружён водой. Это ещё раз доказывало тот факт, что это чужой мир.
- И как нам попасть на ту сторону? - спросила Катя.
- Вплавь.
- Руслан, может, всё таки обойдём? - вмешалась своим мерзко-сладкими интонациями Лариса.
- Ты что-нибудь видишь, на чём мы можем перебраться? - Руслан немного повысил голос. - Последний час мы шли по равнине. Ни деревьев, ни домов. Тем более территория Зимы почти вся окружена этой рекой.
- Ярослав нашёл бы безопасный способ.
Впервые за весь путь Настя увидела Ларису в таком жалком и даже трусливом обличии. В ней не чувствовалось той гордости, что была видна раньше.
- Ярослав мёртв! - вспылил Руслан. - Прости. - он резко изменился в лице. - Мы конечно можем пойти в обход, но это займет слишком много времени.
- Вы же говорили, что времени у нас полно. Разве нет?
Руслан лишь окинул Диму недовольным взглядом и снова повернулся к реке.
- Все умеют плавать? - тихо спросил он.
- Нет-нет-нет-нет-нет... . - повторяла Катя.
- Мы серьёзно поплывём в ледяной воде?
- Да. Если что, близнецы вас подстрахуют, они закалённые и прекрасные пловцы.
- А как же рюкзаки?
- А они сильно тяжёлые? - не получив ответа, Руслан отвернулся.
Семён вспомнил про пиявок, которых он взял с собой. Держал он их всё это время в бутылке. Менял воду он всегда, когда была возможность. Кормил же редко, потому что еды едва хватало на себя и остальных. При этом пиявки выглядели вполне себе здоровыми. "Наверное, - думал Семён, - они научились большое время существовать без еды". Ещё он намеревался сменить воду, но понимая, что незаметно это сделать не получится, отложил эту идею на дальнюю полку.