Глава 38
Элиф
Я жду, когда Михаил отойдет от шока и уберёт оружие в кобуру, перевожу дыхание и стараюсь успокоиться от недавнего эмоционального перегрева. Я не такая, я не люблю скандалить и ругаться, но все эти события, которые произошли с нами за последнее время… Я просто не могу быть прежней, никто бы не смог, жизнь меняет нас, ломает под себя, и после переезда в Россию я поняла, что больше не буду прежней, Михаил и его семья показали мне, что я равна им, я такая же, я одна из них, и если это так, то, как и все русские, я должна поставить вопрос предельно прямо и выяснить все сама, не ожидая от кого-то помощи. Папа читал мне книжки про принцесс, но, кажется, иногда принцесса должна быть немного решительнее принца, чтобы спасти их обоих и не упасть в паутину судьбы.
Я делаю глубокий вдох и выдох, прекрасно ощущая на себе взгляд Михаила, я понимаю, что время затянулось, но мне нужна еще одна минута, мне нужно собрать множество мыслей в одну и просто выложить все карты на стол. Брак - это не покер, где твоя единственная цель - выиграть и сорвать куш, здесь мы стоим рука об руку на одной стороне и вместе боремся против всех врагов, даже если этот враг - забытый кошмар прошлого…
- Когда-то давно у меня был настоящий дом и семья, а главное, папа, который для меня был самым важным человеком, но… — Я продолжаю историю, смотря прямо в глаза Михаила, но как будто сквозь них, нет, я смотрю в прошлое, на маленькую девочку, которая была любима по-настоящему, на её отца, который каждый раз приносил домой какую-то сладость, просто потому что она ждала, на брата, с которым они тайком убегали на озеро, а потом отдувался перед отцом только он, потому что папина принцесса неприкасаема, на людей, которые были счастливы быть просто рядом друг с другом, и на монстра, который все разрушил несколькими пулями. - …После смерти отца я переехала к дяде, я знаю, многие думают, что он относился ко мне жестоко и безразлично, но это лишь защита с его стороны, так как проявления любви - это слабость, которая в нашем мире не прощается. — Михаил стоит молча, смотря прямо на меня, но после всего я не хочу видеть в его глазах жалость или сострадание, я хочу от него любви, поэтому отвожу взгляд, боясь, что я не увижу того, чего желаю. Вокруг нас темнота, и воздух стал прохладным, я даже не ожидала, что рассказ окажется таким долгим, ушастик сидит у моих ног и, кажется, вообще не шелохнулся, но, как будто чувствуя мою растерянность, подрывается с места и кладет голову мне на колени, боже, ну какой же он милашка…
- Моя мать и отец были ублюдками, которым дети достались по ошибке… — Я не ожидала от Михаила откровенностей, но это приятно. - Мой отец избивал нас и заставлял смотреть, как он насилует нашу мать, он запирал нас с братом в заброшенных фабриках на недели, и мы с ним питались старыми отходами, чтобы выжить, а после… — Он прерывисто вздыхает, и я, понимая, как ему тяжело, подъезжаю к нему и беру за руку, к моему удивлению, он не сопротивляется. - …После он охотился и стрелял в нас, однажды я не успел хорошо спрятаться, и в меня попала пуля, но отец даже не думал отвезти меня в больницу или вызвать своего врача, он запер нас в комнате с Виктором, а Артем с Сашей передавали нам аптечку через балкон, чтобы Виктор мог достать пулю и обработать рану, и это лишь часть всего, но у меня не было того, что было у тебя, поэтому, когда мы убивали отца, никакой боли не было, лишь дикое, будоражащее чувство удовлетворение. — Он отводит взгляд, как будто ему также нужна минутка на раздумья, но потом, смотря мне прямо в глаза, произносит слова, которые я так долго ждала. - Я не идеальный, у таких родителей, как мои, не могли вырасти нормальные дети, я эгоист, параноик и чаще всего несу чушь, лишь бы заполнить тишину, которая меня съедает, и кто-то, а может и все в этой вселенной, будут думать, что я не достоин тебя, но увы, как только я тебя увидел, я понял, что не отпущу, я сопротивлялся своим чувствам и хотел все изменить, поступать по-другому, но сердце постоянно вело меня к тебе, разум говорил все бросить, как всегда психануть и сбежать от проблемы, но сердце сказало не отпускать… Я не знаю, счастлива ли ты сейчас со мной, и не могу обещать, что будет в будущем, у нас не было клятв и обещаний, но именно здесь, на этом месте, я готов пообещать тебе, Элиф, как своей законной жене, — он опускается передо мной на колени, держа меня за руки, - отныне я не буду строить ложных домыслов, если бы я знал, что этот ублюдок сделал с твоей семьей, поверь мне, я бы воскрешал и убивал его каждый день, он бы молил меня о смерти, пока не сдох бы заживо, сожранный крысами, — он прерывисто вздыхает, явно стараясь сдержать ярость, - отныне я буду идти по зову сердца только к тебе, буду оберегать только тебя, ты моё первое и единственное место, к которому я всегда буду стремится, и еще… — Я уже не могу сдерживать слезы, так как понимаю, как тяжело ему вот так открыться. Михаил опускает глаза, словно смущаясь, и это чертовски мило выглядит, - у меня никогда не было примера хороших родителей, но я очень хочу наших детей, я буду стараться быть хорошим отцом, я постараюсь сделать все возможное и невозможное ради твоего счастья, — он поднимает свои глаза цвета виски, которые сейчас пылают уязвимостью, - я прошу лишь одного, направляй меня, не оставляй меня в этой битве одного, будь рядом со мной, и тогда я сделаю все ради нашего счастья.