Действительно, сирена.
Глядя на гладкий девичий живот и округлости маленьких плотных грудей, я сглотнул, чувствуя неумолимо нарастающее возбуждение. Фигура у нее была самая что ни на есть аппетитная. Сейчас, позабыв обо все на свете, я готов был любоваться ею вечность. Однако даже вечность имеет начало и конец. Девушка вдруг, будто вырвавшись из оцепенения, взглянула вниз и, ойкнув, резко отвернулась. Я, моргнув, тоже отвел глаза.
Волшебство закончилось, а реальность снова расставила все на свои места. Я взглянул на Миродара, который лежал на земле, распластав руки в стороны. Мне показалось, что он заснул.
— Знаешь, не думаю, что они попали в наш мир просто так, — вдруг заговорил он, не открывая глаз. — В последнее время мне часто снилась девушка. Одна и та же, постоянно. Я очень хотел во сне разглядеть ее лицо, но она постоянно ускользала от меня. Я слышал только голос. Постоянно во сне мы разговаривали, пока в один момент она просто не перестала мне сниться.
Миродар поднялся с земли и сел рядом со мной. Он задумчиво взглянул вдаль и нахмурил лоб. Я молча слушал его, дожидаясь продолжения истории. Еще ни разу, даже не смотря на нашу многолетнюю дружбу, Миродар не рассказывал мне о своих проживаниях.
— Она мне перестала сниться буквально месяц назад. Я не понимал, что произошло, и куда пропала моя незнакомка из сна. Да, возможно, это может показаться глупостью, но я действительно начал скучать по ней. Но она исчезла. Просто испарилась.
Я кивнул, пытаясь понять, почему вообще Миродар заговорил о своем сне. Несмотря на то, что мы с ним всегда были довольно близки, он редко делился со мной тем, что у него на сердце.
— Сейчас я понял, что она ушла из моих снов тогда, когда отец заговорил со мной о браке. Он нашел мне какую-то невесту, княжну из далекого малоизвестного княжества. Я понимал, что мой долг как будущего князя найти жену и в будущем завести наследников. Так заведено, и я не стал спорить с отцом, — Миродар вздохнул, проведя в замешательстве рукой по волосам. — Я согласился.
— И после этого сны с той девушкой прекратились?
— Да, — кивнул Миродар. — Незнакомка ушла, а я так и не увидел ее лица. Я запомнил только лишь голос.
— Ты женишься на какой-то незнакомой княжне? — переспросил я.
Я прекрасно понимал, что браки княжеских особ чаще всего заключаются без любви. Однако мысль, что лучший друг свяжет себя узами брака с той, которую даже никогда не видел, почему-то мне не была приятна.
— Через месяц должна состояться свадьба.
— Но?..
— Но я встретил свою незнакомку, — признался Миродар, кивком указывая на другой берег.
— Вероятно, это Маша? — догадался я.
— Как только она заговорила, я вспомнил голос. Понимаешь, я уверен, что Маша пришла с другого мира сюда не просто так. Я ждал ее тут.
Я пытался быстро переварить информацию.
— А девица знает, что она твоя незнакомка?
— Я думаю, она чувствует нашу связь. За несколько дней мы очень сблизились, — признался Миродар.
— Ты думаешь, князь Огнедар разрешит тебе жениться на обычной девчонке из другого мира? Тем более она не княжна, Миродар.
— Мой отец женился по любви, Яромир, и выбрал в жены вражескую дочь, — усмехнулся Миродар.
— Но все-таки она была княжной, — отметил я.
— Она была той, из-за которой началась война внутри страны, — заявил Миродар. — Не забывай про это.
— Мой дед во главе каритов на протяжении тридцати лет не давал этого забыть.
— Мне жаль твоего отца, Яромир, — резко сменил тему Миродар. — Лионер был прекрасным человеком. Он служил верой и правдой своему князю. Лионер погиб как герой. Его все помнят.
— Погиб как герой от руки собственного отца, — огрызнулся я, однако тут же пожалел об этом. Миродар тут ни в чем не виноват. Виноват лишь Ярополк Мирский. И если он все еще жив, я намеревался вскоре это исправить.
Тяжелое молчание повисло над нами. Миродар не решался прервать его. Он просто сидел рядом со мной на берегу реки, и такой немой поддержки мне было вполне достаточно. Через пару минут Миродар, наконец, хлопнул меня по плечу и направился к воде, бросив напоследок:
— Яромир, я знаю, как тяжело тебе сейчас. Подвиг твоего отца никогда не будет забыт. Но ты должен жить дальше, ради его памяти. Ведь месть — это путь в никуда, она лишь принесет тебе больше боли и страданий.