— Конечно, Ваша светлость. Пожалуйста, следуйте за мной.
Девушка повернулась и направилась к одной из боковых дверей замка. Я вздохнула с облегчением и последовала за ней. Меня радовал тот факт, что служанка ничего не заподозрила. А это значит, что зелье сработало и я действительно полностью походила на Велену.
Мы прошли через длинные коридоры и восхитительные залы, украшенные драгоценностями и портретами великих князей и их семей. Моё сердце колотилось как бешеное, ведь я безумно боялась быть пойманной. Выдавать себя за своенравную княгиню, с которой я лично не знакома, вряд ли входит в список моих огромных талантов и достоинств.
Из-за поворота неожиданно на встречу нам вышла стража. Внутри я будто сжалась от страха, что мой обман раскрылся. Я представила, как меня хватают и бросают в какую-нибудь отвратительную темницу с ужасной антисанитарией и крысами.
Ненавижу крыс.
Руки заколотила дрожь, ноги словно остолбенели. Я застыла на месте во все глаза пялясь на приближающихся воинов. Их лица были прикрыты стальными шлемами, за их спинами развивались черные плащи.
— Ваша светлость, что с вами? — прошептала служанка, всматриваясь в мое побелевшие лицо. — Вам плохо? Может принести воды?
Я смогла лишь мотнуть головой и стороны в сторону, стараясь не потерять сознание от надвигающихся на меня грозных воинов. Я попятилась назад, пока не почувствовала за спиной холодную каменную стену.
Стража приблизилась ко мне. Служанка в страхе отпрыгнула от них, освобождая им путь. Казалось, иначе они просто оттолкнули бы ее в сторону. Самый высокий из воинов вышел вперёд и, сняв шлем, опустился передо мной на колено.
— Моя госпожа, мы сделали то, что вы велели.
Секундное молчание, за которое я осознала, что мой обман не раскрыт. Они были уверены, что я Велена и склонились передо мной. Постаравшись быстро взять себя в руки, я оттолкнулась от холодной стены и снова гордо расправила плечи.
Подождите-ка.
Сделали все, что я просила? Что же приказала им Велена?
— Как все прошло? — постаравшись придать голосу полное безразличие, поинтересовалась я.
— Казна снова полна, моя госпожа, — ответил воин. — В этот раз не обошлось без грязной работы.
От холодного безразличия в глазах грозного воина мне стало не по себе.
— Что это значит?
На мгновение в глазах мужчины мелькнуло удивление, но практически сразу оно сменилось абсолютным хладнокровием.
— Большинство людей отдавали свои деньги практически без применения силы, моя госпожа. Но некоторые противились.
— И что с ними?
— Они мертвы. Как вы и велели.
Холодный пот выступил по спине. Внутри все сжалось в тугой узел. Перед глазами снова всплыло лицо мужчины, который умер прямо на моих глазах. Он умер только потому, что хотел защитить свою семью, не желая отдавать последние деньги. Он погиб только из-за того, что какой-то княжне из Западного княжества недостаточно было золота в казне на постоянное веселье и каждодневный кутёж.
Боясь, что сейчас на моём лице воин увидит лишь отвращение к нему, я снова постаралась взять себя в руки. Нужно было узнать, как можно больше информации. Тем более сейчас, когда она прямо шла мне в руки.
— Вы постарались, чтобы никто не понял, кто вы?
— Конечно, моя госпожа. Люди из нашего княжества, а также некоторые поселения из Северного княжества думают, что нападение устроили кариты. Уверен, ненависть людей к этим дикарям вскоре станет настолько огромна, что они захотят развязать с каритами войну. Это все нам на руку, ведь война отвлечет внимание от… ситуации с князем.
— Прекрасно, — кивнула я, нервно сглотнув. — Можете идти.
Внутри клокотал гнев, но я из всех сил сдерживала порыв наброситься с кинжалом в руках на этого самодовольного идиота. Подарок Яромира прекрасно бы смотрелся, если бы торчал у этого воина из груди.
Мужчина поднялся с колена, и, слегка поклонившись, отправился дальше. Стража черной тенью последовала за своим предводителем.
Я взглянула на служанку, которая все эта время находилась совсем недалеко от нас. Абсолютно белая и напуганная, будто видела саму смерть, она во все глаза смотрела на удаляющихся мужчин. Когда, наконец, взглянула на меня, я заметила сквозившее в ее взгляде абсолютное презрение. Оно было направлено прямиком в меня. Но, опомнившись, девушка быстро взяла себя в руки, растянув лицо в притворно вежливой улыбке.
— Можем идти дальше, Ваша светлость?
Я лишь кивнула, задумчиво вглядываясь в ещё совсем юное лицо служанки. Она ненавидит Велену. Это ясно как божий день. Я подошла ближе. С каждым шагом девушка съеживалась все сильнее и сильнее, будто в ожидании оплеухи или ещё какого-либо наказания. Она до жути боялась меня. Это было видно и по дрожащим губам, и по бегающим глазам, и по нервно сжатым рукам.