Несколько раз вдалеке начинали заливаться лягушки, и каждый раз от этого, вполне невинного звука, Дарен вздрагивал. К счастью, все попадавшиеся ему амфибии оказались вполне нормальными существами, и не пытались запугать или загипнотизировать его странными словами. Даже огромная толстая красная жаба, ловившая длинным липким языком зазевавшихся фей, только задумчиво подмигнула ему, прервав на мгновение свое вкусное занятие.
И где-то здесь была Иласэ, неутомимо шедшая вперед. Уже приближался вечер, когда Дарен нашел ее, присевшую отдохнуть на пригорке под невысоким деревом, грызшую какой-то фрукт.
— Эй! — крикнул ей Дарен, — Иласэ!
Она испуганно привстала, глядя на него с выражением растерянности и ужаса, но тут же взгляд ее изменился, стал холодным. Девушка расслабилась, снова села на место, зажав руке недоеденный, напоминающий яблоко, плод.
Дарен подбежал ближе и прислонился к ее дереву, переводя дыхание:
— Куда ты пропала? — спросил он, глядя на нее сердито, хотя в душе от облегчения был готов рассмеяться.
Всю дорогу Дарен пытался решить, что ей сказать, разрываясь между желанием искренне извиниться и наорать на нее. В конце концов он мысленно построил десятиминутную идеальную речь, но сейчас все заготовки вылетели из головы.
— Не могу поверить, что ты меня бросила! — заявил он, возвращаясь к привычному надменному тону. — Или ты сошла с ума? Проклятая спятившая ству…, - выражение лица Иласэ заставило его оборвать предложение.
Сперва Иласэ ничего не говорила, только смотрела на него особым отстраненным взглядом ученого, и Дарен растерянно молчал, пытаясь не нервничать.
Потом Иласэ слегка подкинула недоеденное яблоко в руке, выражение ее глаз стало пугающим.
— В чем… — начал было говорить Дарен.
— Не могу поверить, — резко перебила его девушка, — ты как один из тех никчемных псов, к шеям которых привязывают камень и бросают с моста, только чтоб по возвращении найти их у своего порога.
Дарен моргнул:
— Ты… Великая Бездна, ты действительно пыталась меня бросить!
Он полагал, что Иласэ оставила его в приступе злости, но отказывался даже думать, что действие это с ее стороны было целенаправленным. Если бы он потерял ее, то без кинжала, без компаса, без знания окружающего мира был бы обречен. Это то же самое убийство, только растянутое во времени.
— Не представляю, как ты сумел меня выследить, — продолжила говорить Иласэ тем же спокойным, слегка раздраженным тоном. Потом пожала плечами:
— Ну да ладно, это не имеет значения.
— Что не имеет значения? — проговорил Дарен растерянно, наблюдая, как она поднимается, аккуратно заворачивает фрукты в полу плаща. Девушка казалась спокойной, но теперь за этим спокойствием он ощущал напряжение.
— Уйди! — это прозвучало все так же ровно и холодно.
Он уставился на нее:
— Иласэ…
Она швырнула в него недоеденным яблоком, оно отскочило от его плеча:
— Убирайся с дороги, и убирайся из моей жизни! — плавным движением Иласэ вынула лезвие, и оно засветилось, просыпаясь. Дарен отшатнулся, против воли вспомнив ощущение холодного металла на собственной коже.
— Я больше не буду о тебе заботиться, — продолжила говорить Иласэ, — хочешь выбраться отсюда — ищи дорогу домой сам. А еще раз приблизишься ко мне — я тебя убью.
— Послушай…, - начал Дарен своим лучшим успокаивающим тоном, шагнув было вперед, но Иласэ подняла кинжал, и он торопливо отступил, умиротворяюще показывая ладони.
— Ладно, ладно, как скажешь. Я понимаю, что тебе нужно некоторое время.
— Продолжай идти! — велела Иласэ, а когда решила, что он отдалился достаточно, повернулась к нему спиной и пошла прочь.
Ладно, — сказал он себе, злой и разочарованный, — ладно, ей просто необходимо время остыть.
Не проблема, не будь юноша так голоден. Дарен представления не имел, какие из растений были съедобны. Он мог бы охотиться, дичи вокруг было в изобилии, но кинжал, чтобы освежевать животное, оставался у Иласэ.
Быть может, поймай он для девушки добычу, она бы позволила ему освежевать и приготовить ее. В любом случае, без него ей не видать мяса.
Какое-то время Дарен следовал за ней на безопасном расстоянии, сердито глядя ей в затылок. Ладно, думал он мрачно, пусть пока будет, как она хочет. Надо дать девчонке время остыть. Но когда ситуация вернется в норму, он заставит ее заплатить за все.