Темный пожал плечами, не глядя на нее:
— Я привык охотиться с кузеном и его друзьями.
Похоже, Тартис всерьез решил заняться снабжением, потому что после следующего двухчасового отсутствия он вернулся с еще более интересной добычей: четыре мертвых белки и…
— Дикари с юга ведь едят их, правда? — поинтересовался юноша несколько неуверенно, глядя на безвольно поникшее в его руке тонкое тельце обезглавленной змеи.
— Д-да, я слышала, что некоторые люди едят даже ядовитых пустынок, — согласилась Иласэ, — но белки?!! Это еще хуже!
— Если понадобится, мы будем есть даже улиток и кузнечиков, — твердо заявил Тартис, явно довольный своей идеей, — ты еще голодна?
— Нет. Думаю, я потеряла аппетит.
— У нас нет времени для глупых капризов. Еще раз — ты голодна?
— Нет. Я наелась.
— Хорошо, тогда подвинься, потому что голоден я!
Девушка освободила ему место:
— Мы пойдем, как только ты поешь? — теперь, когда ее организм насытился и радовался жизни, Иласэ переполняла энергия, требующая немедленных действий по возвращению домой.
— Нет, мы останемся здесь и заночуем, — отказался Тартис.
— Но мы не можем так просто, зря, потратить целый день!
— Иласэ, — он мученически вздохнул, — сегодня утром ты едва могла стоять на ногах. Я и сам готов свалиться в любой момент. Нам нужен отдых.
— Но…
— Успокойся! Самое главное — мы должны остаться в живых. Так что отдохнем, наберемся сил, выйдем завтра рано утром.
— У меня в этом году экзамен на мастера! — Иласэ чуть не заплакала, — я не могу пропускать занятия!
Тартис пренебрежительно скривил губы:
— Мертвая, ты экзамен точно не сдашь!
— А ты? — девушка вскинула голову, — разве у тебя нет никаких планов?
— У меня есть планы, однако я не собираюсь уморить себя в лабораториях, чтобы сдать на мастера в восемнадцать лет. У нас есть время, или ты забыла, как долго живут маги? — он насмешливо изогнул тонкую светлую бровь.
— Но что ты собираешься делать, когда сможешь уехать из владений Ордена? — с искренним интересом спросила Иласэ.
— Выберу себе подходящий домик на юге домена, и перееду туда, подальше от родителей. Мать, конечно, будет против, а Амадею все равно. — Тартис пожал плечами.
— Тогда тебе понадобятся собственные слуги, — хмыкнула Иласэ, — иначе ты просто утонешь в грязи.
— Я всегда могу нанять домработницу, — Тартис хмыкнул, — что, Иласэ, пойдешь ко мне на работу?
— Вот еще! — но она невольно хихикнула.
Он тоже рассмеялся:
— Да тебе повезет, если… — Неожиданно он замолчал, а когда заговорил вновь, голос стал холодным и отстраненным, лицо — равнодушным:
— Тебе повезет, ствура, если проживешь хотя бы год после того, как Перемирие будет нарушено. Таких, как ты, на войне убивают в первую очередь. Туда вам и дорога.
Иласэ помрачнела, на душе стало тускло и противно. Вот он сделал это снова. В первый раз у них получился почти нормальный разговор, но он все испортил. Должно быть, Темный и впрямь сильно устал, раз забыл на время, кто она.
Тартис уже закончил разделывать кроликов и занялся белками. Его лицо ничего не выражало, губы были плотно сжаты, но взгляд выдавал нервное напряжение. Глаза двигались нервно, быстро, как у загнанного в угол зверя.
Неожиданно Иласэ подумалось: насколько пристально следили за ним дома? Среди ровесников-Темных он был признанным лидером, центром их внимания. Что бы сказали они, узнав, что он помогает ствуре, говорит и шутит с ней? Это бы стоило ему его невидимой короны. Там он никогда не был один, поэтому и здесь, посередине неизвестности, не мог расслабиться.
Каково это — задалась она вопросом — знать, что за тобой всегда наблюдают, что сотни глаз оценивают каждый твой жест, каждое слово? А кое-кто из наблюдателей ждет, когда ты оступишься, чтобы моментально занять твое место, а тебя втоптать в грязь?
Впрочем, Иласэ не верила, что Тартиса заставили стать тем, кем он не хотел. Он был Темный, чистокровный Темный, прямой потомок Первых. И он действительно ненавидел ее и других, таких, как она, «укравших» у его народа магию. Как будто Дар можно украсть! И там, дома, он любил внимание и власть, которые его роль давала ему.
Но игра, какой бы любимой она не была, утомляет. А здесь, рядом с ней, он не смел расслабиться и стать таким, каким был только в обществе себе подобных, своих друзей, потому что у Темных тоже есть друзья, что бы по этому поводу ни говорил Ролан.