Алексей же, отведя взгляд от очищающихся от магической скверны небес, во все глаза рассматривал высящуюся перед ними громаду колониального транспорта. Оставшееся расстояние уже не могло скрасть истинных размеров корабля: зарывшись при посадке в грунт на полсотни метров, его корпус возвышался над поверхностью еще почти на сто пятьдесят! Длина же «Эльфа», если верить отцовскому рассказу и его собственным прикидкам, составляла никак не меньше километра с небольшим.
Взглянув в направлении его взгляда, Яллаттан негромко ахнула:
— Что это, Аллексей?!
— Тот самый «небесный чертог», что я обещал тебе показать. На этом кораб… на этой штуковине жизнь и пришла в ваш мир. Так что в какой-то мере ваши книги не врут — когда-то, очень давно, она спустилась с небес, неся на борт… неся внутри множество живых, — на секунду капитан было замялся, но все же договорил, — людей.
— Людей? — несмотря на всю нереальность происходящего, подозрительно переспросила эльфийка. — Каждый эльф с младенчества знает…
— Да-да, фея, я в курсе, — Алексей излишне торопливо помотал головой. — Давай мы все-таки перенесем на потом дискуссию о зарождении разумной жизни Дальира, ладно? Пошли, глянем, нельзя ли где-нибудь пролезть…
Он не договорил, прислушиваясь. Последние остатки магического покрывала сползли вниз, исчезая где-то среди руин городской окраины, и вместе с ним на Пустошь вернулся звук. На город накатывался низкий рев тысяч глоток и тяжелый топот. И, что особенно неприятно, не такой уж и далекий — что такое считаные километры для атакующей орды? Особенно если в качестве передовых частей — всадники на лошадях? Ничего!
Выдернув из его руки ладонь, Яллаттан отскочила в сторону и что-то торопливо зашептала, помогая себе пассами рук. Что она делает, капитан даже не стал спрашивать: если не поисковое заклинание, то наверняка какой-нибудь там «полог невидимости» или нечто ему подобное. Только бессмысленно это — Алексей сейчас с особой остротой понимал, какая магия пошла в ход — куда там девушке с ее отнюдь не самыми сильными способностями пытаться с ней сравняться! А вот спешить надо, ой как надо…
— Вижу сокрытое, вижу далекое, вижу незримое, — нараспев протянула-пропела эльфийка, завершая инициацию заклинания, и в тот же миг Алексей ощутил судорожный рывок магического эфира. Яллаттан сдавленно вскрикнула — невидимая сила швырнула ее на землю и, протащив по камням, оставила в покое. Чья-то гораздо более сильная волшба с легкостью смяла незавершенное заклинание, обращая уже влитую в него Силу в чудовищный, направленный против самого чародея, откат. Воздух в нескольких метрах от капитана потемнел, принимая форму небольшого смерча или воронки, с каждым мгновением все более и более наполняющейся чернотой. Эфир уже не просто дрожал: магические потоки меняли привычное направление, закручиваясь спиралью вокруг зарождающегося портала. Да, именно портала — знание, как обычно, пришло из ниоткуда — кто-то открывал астральный путь, собираясь выйти рядом с ними в обычный мир. И капитан вовсе не был уверен, что этот «кто-то» будет исполнен к ним особенно добрых чувств — в наличие оных в этом мире ему верилось все меньше и меньше.
Мгновением спустя он убедился в своих подозрениях. Иссиня-черная, лишенная глубины и объема, словно сотканная из самой тьмы, воронка замерла, принимая очертания человеческой фигуры, и неожиданно потекла с нее сотнями впитывающихся в землю ручейков. Кэлахир не стал дожидаться, пока погаснут остаточные эманации заклинания переноса — небрежным жестом разорвав последние магические нити, он рывком покинул круг почерневшей, окончательно мертвой земли. Поражающий Тьмой уже был зажат в занесенной для удара руке, черной трещиной в плоти мирозданья возносясь над головой полуэльфа…
ГЛАВА 21
— А потом нам еще сверху какими-нибудь огненными шарами или ледяными молниями добавят, — мрачно посулил Либор-зануда. — Вот тогда-то уж никому мало не покажется! Точно говорю.
Стоящие вокруг него молодые воины тревожно переглянулись. Каждый из них боялся, что если сейчас ляпнет какую-нибудь глупость, которую ветераны расценят как проявление слабости или, что еще хуже, трусости, то житья ему в отряде уж точно не будет! При этом они как-то не задумывались над тем, что в грядущем сражении их жизнь окажется на пороге смерти и без помощи старших товарищей. Вместо молчащих новобранцев «пророку» неожиданно ответил сам господин лейтенант, до того не проявлявший к солдатской трепотне ровным счетом никакого интереса. Оторвавшись от разглядывания зеленой стены, перед которой замерла армия в ожидании решающего приказа, офицер выплюнул изжеванную травинку и, повернувшись к подчиненным, лениво процедил: