Она распахнула глаза. Тут же пришла боль, пришла измождённость. Голова трещала по швам, лицо было залито слезами. Ладони — рассечены ногтями и покрыты свежей кровью. Ноги и руки словно выкручивал некто могучий: нет. Это сама она, пытаясь вырваться из зажимов, травмировала собственное тело. Во рту — соленый вкус. В своей борьбе Линда не раз кусала губы и язык. И слабость, слабость покрывала все это налетом беспомощности.
В чём была суть борьбы? На этот вопрос девушка не могла сейчас ответить. О чем вообще она могла спорить с генеральным директором ОПЗМ? Ведь столько лет она уже провела на службе Организации, и тут вдруг — какие- то оковы. И это бессилие в теле.
Скорее всего, не просто так. Константин Титов ведь не ошибается. Возможно, что- то в ней вызвало его подозрение.
Не сразу взгляд Линды сфокусировался на человеке напротив. Константин, все ещё сидящий в своём стуле, выглядел странно. Будто безумец: мелкая дрожь сковала генерального директора, пальцы судорожно сжимались и разжимались, в поисках чего- то. Дыхание, это Линда видела даже со стороны, было частым и прерывистым.
— Что происходит? Вы в порядке? — спросила она. Как помочь ему, будучи связанной?
Багровая капля, скользнув из носа мужчины, оставила тёмную дорожку на лице до самого подбородка и, словно поразмыслив, упала на светлый пол. Но ОПЗМовец этого и не заметил — в его глазах застыло выражение… Тиль не смогла бы так просто объяснить, что именно в нем было. Наверно, такой взгляд у человека, пробудившегося после чудесного сна. Когда он пытается вернуть в памяти все подробности, испытать их еще раз, но время всё неумолимо вычеркивает.
Лицо того, кто цепляется за это мимолётное мгновение, старается удержать в голове как можно больше.
Медленно генеральный директор опустил голову. Девушке стало за него страшно. Что произошло?
— Врача! — выкрикнула она. Помимо слабости, Линда отметила, что её голос сорван от, наверно, частых криков.
Тут же вбежал человек в металлической броне. За ним — еще один, и еще. По разуму Тиль разлилось спокойствие: теперь с директором всё будет в порядке.
— Господин? — первый гвардеец, подойдя к Титову, осторожно коснулся его.
— Помощь! — ему нужна помощь! — выкрикнула Линда, но ОПЗМовцы оставили её без внимания.
И тогда заговорил сам Константин.
— Да… в порядке, только… — мужчина едва не рухнул со стула, — нужно восстановиться. Срочно!
«Срочно» прозвучало грозно и требовательно. Но сразу же энергия его оставила.
— Быстрее. В больничное крыло, — почти прошептал директор, — я всё понял. Всё понял.
— Все слышали! Живо! — двое гвардейцев помогли подняться ОПЗМовцу и, подставив плечи, практически вынесли из помещения.
Еще один остался с Линдой. Бесстрастное стекло шлема не выражало ровным счетом ничего.
Да девушке было и не до того. Она пыталась привести в порядок разрозненный разум. Мысли отчего- то путались.
Сколько она провела в таком состоянии? Один из вопросов, найти ответ на которые Тиль пока не видела возможности. Разум подсказывал: стоит Титову восстановиться, и он всё разложит по полочкам. Как он всегда и делал.
Девушка бросила взгляд на одну из своих ладоней, растерзанных ногтями. Помимо свежих кровоподтёков, она заметила бурые пятна, давно уже высохшие.
По спине пробежал холодок: видимо, Линда здесь уже давно. Не приносит пользу ОПЗМ, а сидит в каком- то бетонном колодце.
И вот она, главная загадка.
Что же такое произошло, что заставило лидера Организации усомниться в ней?
V
— Раньше было лучше, — мечтательно произнес Адам, широким шагом отпрянув от фигуры своей леди.
Та покачала головой:
— Я постоянно это слышу, — девушка прервала речь, чтобы отдышаться. Очередная тренировка по танцам далась ей тяжелее предыдущей, и раскрасневшееся лицо Ландерс выдавало напряжение, — вот что это значит?
Лорд усмехнулся и покачал головой. Жаль, Алиса не умела читать мысли, которые сейчас сотнями образов проносились в его голове. Придется пытаться облачить их в слова.
Юноша сделал паузу, пройдясь по просторному залу. Наконец, ответил:
— Вот даже год назад! Помнишь, какой я устроил праздник? — в тон он вложил все вдохновение, которое смог, — а как Константин подгадал со своими планами? Такое не забыть. Сколько всего случилось за неделю! А сейчас…
Алиса и не пыталась скрыть эмоций. Тонкие брови нахмурились:
— Да- да, почти убедил. В твоем духе: что- то сделать, а потом быть уверенным, что никогда ничего подобного не случится. Понимаешь ведь, что своё «раньше» ты творил сам? И что повторится, а что нет, тоже решать тебе. Не числам на календаре, а тебе. Захочешь своего «веселья», устроишь. Не захочешь — будешь сокрушаться.