— Неплохие клинки. Не из Кеншира?
— Если там делают такие хрупкие, как у тебя, то я воздержусь от его посещения.
Сухой голос Шина задевает владельца клинков.
— Почему ты так самоуверен?
— Потому что мне нечего терять, — мило улыбается Карасу, срываясь с места. — И потому что уверенность это первый шаг к победе!
Резкий рывок назад не дает парню возможности увернуться и уйти из-под линии удара. Клинок разрушает треснувшую сталь окончательно, окрасив осколки кровавыми каплями их хозяина.
— Хотя самоуверенностью я не страдаю... — прошептав это, он быстро отскакивает назад, уходя кувырком в сторону. — Просто существуют вещи, которые нужно делать чего бы это ни стоило...
Как по команде ураган вновь закрывает улицу, завертев обломки камней и лезвий в воздухе, разрезая жгучими порывами кожу. Припав к земле, я даже не пытаюсь что либо рассмотреть. Внезапно в руку мне вонзается один из осколков. Зашипев от боли, чуть не задыхаюсь от резко развеянной магии. Давление слишком быстро спало.
— Самодовольные маги погибают первыми, чтобы ты знал, — недовольно отзывается голос Сиккигаи.
Я даже не сразу понимаю, что он обращается ко мне. Вскинув голову, встречаюсь глазами с Вороном. Что-то пробормотав, он рывком поднимает меня на ноги и осматривает порезанную ладонь.
— Сам вынешь или помочь?
— Дождешься от тебя!
Резко выдернув светящийся кусочек размера с ладонь, смотрю на не думающую сворачиваться кровь, залившую всю руку. Боли почти не чувствуется. Зато Рудо тыкается носом мне в здоровую руку.
— Все в порядке... Где все?
Оглянувшись на развалины камней, я теряюсь. Несколько ближайших домов просто снесло, раздробив на мелкие камушки. И среди них слегка дергается рука в белой перчатке, а затем Сокол резко с и с криком выныривает из-под обломков.
— Что за магия!?
Смешок Шина я разделяю, только мысленно.
— Остальных не видно, — подытоживает мальчишка, повертев головой. — Ого... дорогу как раздробило. Во сколько же обойдется Мастеру все это?
Грохот позади привлекает наше внимание. Получив отдачу от собственной магии, парень с волосами оттенка шоколада вылезает из под огромного обломка стены.
— Вы слишком беспечные! — злится Шин, поднимая клинки. — Он здесь наверняка не один. Я не могу сражаться и прикрывать вас!
Хлопнув его окровавленной рукой по плечу, с удовольствием припоминаю:
— Тебе же нечего терять? Вот и сражайся сам!
Не очень лестно посмотрев на меня, он обижается, но не отвечает. Слишком сосредоточен на противнике. Встряхнув головой, жалею, что при мне нет ни одного амулета. Считай и помочь ничем не смогу. Присев к питомцу, слегка дергаю его за ухо:
— Рудо? Почему нет?
Пес лишь фыркает и мотает мордашкой, не спуская глаз с парня, осматривающего уцелевший клинок.
— Тебе еще не надоело?
От скучающего вопроса он почему-то вздрагивает и резко вскидывает голову, не верящим взглядом пытаясь понять смысл вопроса. Затем, помотав головой, хмыкает.
— Смотря что ты имеешь ввиду... Хм! Да, надоело! Все!
Разозлившись, враг резко взмахивает клинком, но Шин воспринимает движение как агрессию и собирается отразить атаку магией. Предупредить времени уже не хватит. Сам не понимая зачем, я отталкиваю его, подставляясь под брошенный меч.
— Цукия?!
Вместе с криком обоих согильдийцев меня пронзает боль и на секунду накрывает темнота. Лезвие входит в правое плечо и отбрасывает меня назад. Сразу же выдернув его, зажимаю рану, хоть и знаю, что бесполезно. Кровь сама не остановится. Упав на эту же руку и зажмурившись, все же поражаюсь, что не закричал.
Боль... такое странное слово и ничем не объяснишь...
Весь мир пропадает вместе с иными ощущениями. Лишь жар и боль остаются. И даже никаких мыслей. Все вращается слишком быстро, заставляя сжаться и как-нибудь утихомирить кровь. Но на ум ничего не приходит и даже пошевелиться нельзя.