Гильдия?..
Что-то смутное огромное и черное всплывает в памяти и тут же исчезает, сменяясь ворохом противоречивых чувств. Заставив себя собраться с силами и проигнорировать онемевшие руки и ноги, с трудом приподнимаюсь и сажусь. Стряхивать с себя нападавшие снежинки не хочется. Силуэт рядом со мной падает на колени и, когда я протягиваю дрожащие руки, подается вперед.
— Брат...
— Хорошо... — мой голос тоже хриплый, едва слышный на фоне двух бьющихся сердец. — Вернемся... в гильдию...
Вздохнув, одной рукой поглаживая длинные волосы лилового цвета, а другой придерживая спину девушки, я чувствую, как она утыкается холодным носом мне в шею, ища тепла, которого нет.
— Ты... ранена?
— Нет...
— А кровь?
— Не моя...
— Тогда ладно, — облегчение протискивается к клочку других эмоций. Не смотря на это, безразличие по-прежнему не дает ему повлиять на меня. Выдохнув и взглянув на звезды, не прислушиваясь к собственному бормотанию, рассеянно что-то шепчу: — Сегодня очень красивое небо... Интересно, успеет ли снег скрыть всю ту кровь, что тянется за нами?.. Сколько прошло времени?.. Нам и правда нужно вернуться? Я не против остаться здесь, если ты останешься со мной...
— Ты не прав... — тихий ответ сопровождается ответными объятьями. — Здесь все мертво, нет ничего красивого... ни единого цвета... Но в гильдии... их очень много... ярких цветов...
— Разве?.. Что-то ничего такого не припомню... Так хочется спать...
— Нужно идти... — отстранившись и поднявшись, сестра протягивает окровавленную бледную ладонь. — Пойдем, брат... Наше задание... завершено...
Подняв взгляд, чтобы взглянуть в темно-зеленые глаза сестры, я не могу удержаться от мыслей, что эта хрупкая девушка пятнадцати лет пугает и завораживает одновременно, еще сильнее чем бесконечно тянущееся в неизвестность небо. Но как звезды не могут прикоснуться к снегу, так и мы с сестрой не можем понять друг друга. Протянув руку и коснувшись холодных пальцев, я вовсе не чувствую, что пропасть между нами сокращается.
— Перед этим... — поднявшись и мимолетно окинув взглядом кровоточащую рану, я осматриваю девушку и замечаю на руках и ногах темные следы, как раз на местах, где она обычно носит амулеты, — ...заедем в Рихэйм, нужно забрать заказ. Может, там найдутся амулеты для тебя. Что это?
Опасаясь прикасаться, я лишь указываю на темные отметины. Опустив на них взгляд и выдохнув облачко пара, сестра поясняет все тем же хрипловатым и безразличным голосом, делая небольшие паузы между словами:
— Воздействие магии... Когда разрушается амулет, чистая магия впитывается в кожу и кровь, заставляя тело страдать при взаимодействии... Это касается всей магии, но моя... тебе не стоит знать... подробностей...
Не могу сказать, что не понимаю ее... Мне и самому частенько лень произносить длинные фразы, однако причина затяжной речи этой девушки явно не в лени. Ни я, ни окружающие ее люди, даже те же маги не в силе понять образа мыслей моей сестры...
— Быть магом опаснее, чем я думал... — проговариваю первое что приходит на ум, лишь бы не молчать. — Ладно, для начала вернемся в деревню, если хозяина гостиницы не перепугает наш вид, конечно... Только не говори ему, что это не твоя кровь.
— Почему?..
Безразлично-любопытный взгляд кошки выжигает что-то глубоко внутри. Мы друг друга стоим.
— Просто не говори ничего...
***
Войдя в выданную комнату гостиницы на третьем этаже и закрыв дверь, я отпускаю руку сестры. Полумрак комнаты разрушает догорающая свеча на закрытом окне, две кровати по сторонам комнаты аккуратно заправлены, шкаф в левом углу заставлен книгами, в противоположном углу приютилась скамья. Ничего странного. Я вновь возвращаю внимание сестре.
— Посидишь здесь, пока я не вернусь. У тебя еще есть амулеты?
— Один... думаю, я уже могу его использовать... — задумавшись, девушка склоняет голову к плечу и рассматривает предплечье, с которого едва сошел темный след. — А ты долго?
— Рихэйм довольно крупный город и я даже не знаю сколько времени мы слонялись туда-сюда, выслеживая тех ребят... В общем, мне придется осмотреться, чтобы вспомнить, где именно я заказывал клинки, — пожав плечами, пытаюсь придумать, что сделать, чтобы оставить ее здесь. — До рассвета должен вернуться.